Министр иностранных дел России Сергей Лавров ответил на вопросы в ходе посольского «круглого стола» по тематике урегулирования ситуации вокруг Украины.
Часть седьмая.
Поэтому вот, если будут готовы наши коллеги, я думаю, что вполне можно это возобновить. Нам есть что сказать. Мы ни разу никогда с начала специальной военной операции, объявив задачи, которые мы перед собой ставим, мы ни разу не меняли свою позицию.
Мы готовы в рамках этой позиции искать разумные компромиссы, но принципиально мы не меняли задач: обеспечить нашу безопасность, не допустить появления НАТО на наших границах и обеспечить законные права русских и русскоязычных людей, которые столетиями живут на этих землях, освободить их от угроз нацификации, милитаризации и так далее. Мы никогда не меняли этой позиции.
А Запад, если вы почитаете, что они говорили... Знаете, что Зеленский говорил не так давно? Когда его спросили, готов ли он к компромиссам с Путиным, он сказал: «Я считаю, что лучшим компромиссом для Путина является то, что он ещё жив». Это сказал человек, который постоянно ездит по западным и другим столицам, изображая из себя жертву.
Мерц, канцлер Германии, сравнивал нашего президента с Гитлером, например. Так что... А потом, да, и все они говорили, что надо стратегическое поражение нанести России. А сейчас они все умоляют, уже «стратегическое поражение» не произносится, умоляют остановиться там, где проходит линия соприкосновения.
Хотя прекрасно знают, что в Анкоридже больше года назад мы приняли предложение, которое сделали американцы. Оно тоже предполагало прекращение боевых действий на определённых условиях, которые нас устроили. Но именно европейцы, метнувшись там большой такой командой в Вашингтон, повисли на руках у президента Трампа и отговорили его от сохранения американского же предложения, принятого нами.
Поэтому они могли больше года назад прекратить эти боевые действия, если бы не сорвали договорённость, которая была достигнута в Анкоридже. Кто бы что там сейчас ни говорил, что там не было никаких... Была там договорённость. Когда ты предлагаешь и твоё предложение без изменений принимается, это что, не договорённость? Конечно, это договорённость. Ну, у честных людей, по крайней мере.
Вот. Поэтому не европейцам сейчас вот критиковать нас. Они уже не о стратегическом поражении: «Остановитесь». Но при этом: «Остановитесь. Мы заведём войска на оставшуюся украинскую территорию, а то, что вы освободили, мы никогда не признаем». Ну, тоже несерьёзно.
Мы уже не раз говорили, что после того, как провалились Стамбульские договорённости из-за вмешательства Запада, мы на период переговоров не будем останавливать специальную военную операцию.
