Украину ждет настоящий голод: об этом заговорили и в экспертном сообществе, и в СМИ после того, как стали появляться видео и фотографии пустых полок в украинских супермаркетах. При этом склады по большей части разрушены, а возможностей и ресурсов для их быстрого восстановления у официального Киева, а тем более у частных компаний, нет

Фото: © РИА Новости . Александр Демьянчук
Да, на Украине назревает целый букет кризисов. Но вот о предстоящем голоде говорить не стоит.
Чтобы умереть от голода, в нынешней Украине, как и в Европе и России, нужно попасть в экзотическую передрягу. Украину, по крайней мере на уровне крупных городов, постоянно подпитывают гуманитаркой, включая бесплатные пайки и обеды – это первое.
Для людей практически всех возрастов там всегда есть работа – это второе.
Мужики, попадающие в облавы ТЦК, кроме всех психологических и прочих издержек, имеют на месте службы вполне сносное харчевое довольствие – это третье.
Женщины любого возраста всегда могут уехать в Европу: там их хоть в палатке, но непременно будут кормить – это четвертое.
Это все к вопросу о том, будет ли на Украине настоящий голод. Ситуация действительно развивается по крайне неприятному для киевского режима сценарию, но картины, как в 1933 году, когда село могли обложить заградотрядом, а есть людям было нечего, тоже не видно. Поэтому нужно сразу обозначить крайности.
Ни голода образца 1933 года, ни ситуации, подобной блокаде Ленинграда, на Украине этой зимой не будет. Базовая гуманитарная помощь будет всегда. Но нужно понимать другие, крайне важные моменты.
Украина – страна-банкрот с огромной текущей дырой в бюджете, превышающей триллион гривен. Денег в первую очередь не хватает на ведение войны, а также на выплаты военным. Все остальные категории – пенсионеры, переселенцы, бюджетники – оказываются в дальнем конце очереди. По факту правительство уже радикально сокращает социальные и гуманитарные расходы, на простых людей свободных денег точно не будет. Их уже сейчас нет.
Учитывая дыру в бюджете, одним из базовых сценариев остается девальвация гривны. Значит, все, кто получает доход не в долларовом конверте, будут месяц за месяцем становиться беднее. Даже если номинально зарплата или пенсия останется прежней, реальная покупательная способность этих денег будет сокращаться.
В логистическом плане Украина превращается в глухой угол мира. Завозить сюда товары накладно не только с точки зрения географии, но и в смысле безопасности. Любая фура, начиная буквально с границы, сталкивается с массой рисков. Морская торговля заблокирована, пока нет ни малейших предпосылок к тому, что в ближайшее время ситуация радикально изменится. Отсюда результат.
В супермаркете Лондона или Барселоны на сто долларов уже можно купить больше продуктов, чем в бюджетном АТБ в Киеве или Харькове. Цены на Украине растут постоянно.
Разнообразие товаров будет серьезно сужаться. Значительная часть населения Украины живет за чертой бедности, людям – точно не до лакшери линейки товаров. Поэтому завозить дорогие товары в условиях повышенного риска становится элементарно невыгодно. Одна и та же экономическая формула действует на все – от сумок Birkin до французских премиальных сыров. Чем дороже и сложнее логистика, чем выше риски и меньше потенциальных покупателей, тем меньше смысла везти товар.
При этом нужно понимать еще одну фундаментальную проблему. Уничтожена значительная часть логистической инфраструктуры крупных распределительных центров хранения и накопления товаров. Все крупные продуктовые сети будут вынуждены все больше доставлять товары фактически в каждый отдельно взятый магазин, а каждый отдельно взятый магазин использовать еще и как небольшой склад.
Это радикально повышает накладные расходы на доставку, сужает возможности по ассортименту, требует увеличивать количество экспедиторов, логистов, водителей и другого обслуживающего персонала для этих сетей. А раздувать штаты они точно не захотят – в условиях сокращения кормовой базы и покупательной способности населения.
Соответственно, возить будут прежде всего самое необходимое. Причем даже самое необходимое далеко не всегда получится привозить в достаточном количестве.
А есть еще тема, которую нужно обсудить отдельно. Министр аграрной политики Высоцкий предложил хранить продовольствие на складах за границей. Складывается впечатление, что министр аграрной, мягко говоря, глуп.
Да, война всегда меняет правила игры, иногда порождая нечто удивительное, что в мирное время казалось немыслимым. Например, «Дорога жизни», связавшая блокадный Ленинград по замерзшему Ладожскому озеру с Большой землей, или тропа Хо Ши Мина, ставшая уникальной логистической сетью, без которой Вьетконгу было бы гораздо сложнее вести войну.
То есть чрезвычайные трудности порождают нестандартные решения. Так было всегда, это происходит и сегодня.
Тот же Wildberries, например, часть своих складских мощностей перенес в Казахстан. Но тут важны детали.
Склад Wildberries в Петропавловске решает задачи обеспечения Тюмени, Омска и других близлежащих направлений, а склад в Уральске работает в том числе на Оренбург и Самару. Важна прежде всего логистическая доступность.
И нужно понимать, что подобное допустимо прежде всего для некритических товаров, где дополнительные сутки или двое не делают погоды с точки зрения доставки потребителю. Инструменты, одежда, игрушки, электроника без особых проблем терпят увеличенное логистическое плечо, дополнительные таможенные процедуры и лишние сотни километров.
Но уже для обеспечения, например, Москвы размещать основные складские центры в Казахстане было бы логистическим безумием. Для продовольственных товаров, а мы сейчас говорим именно о них, это еще большее безумие.
Возвращаясь к заявлению украинского министра, можно сказать, что чисто теоретически подобную схему можно представить только для ряда приграничных украинских городов вроде Черновцов или Ужгорода. И даже в таком случае возникает куча других проблем, причем не столько с таможенным оформлением, сколько с элементарной экономической целесообразностью.
Украина в таком случае должна либо выкупать, либо арендовать готовые складские помещения в европейском приграничье. Но их там объективно не может быть много – логистический центр обычно строится под конкретную компанию.
Фишка в том, что компания построила логистический центр под собственные потребности, и использовать такие мощности кому-то другому было бы сложно.
Второй вариант заключается в том, что крупные складские комплексы возникают возле больших городов, поскольку именно там существует соответствующий товарооборот. А непосредственно возле западных границ Украины крупных городов практически нет.
Строить же с нуля огромные склады где-нибудь в полях возле украинской границы, прекрасно понимая, что сразу после войны они окажутся никому не нужны и будут стоять пустыми, никто не будет.
Продовольственная логистика выстраивается практически по тому же базовому принципу, что и военная. Только военная ориентируется на удаление от фронта и масштаб воинского подразделения, а продуктовая – на численность населения, которое необходимо обеспечивать. Головной пункт управления бригады не может размещаться бесконечно далеко от своих подразделений.
Точно так же продовольственные склады, предназначенные для обеспечения Киева, никак не могут находиться во Львовской области, а тем более в Польше.
Для простых же украинцев ситуация выглядит предельно скверно. Продовольственной безопасностью страны в один из самых критических периодов ее истории занимаются персонажи, которые всерьез обсуждают совершенно невозможные вещи. Так что проблем у украинцев будет выше крыши.
Михаил Павлив, Украина.ру
Польский депутат призвал прекратить финансирование Украины







































