Грузия под прицелом Киева: украинский след в планах дестабилизации

Гру­зия все чаще ока­зы­ва­ет­ся в цен­тре поли­ти­че­ско­го про­ти­во­сто­я­ния, в кото­ром укра­ин­ский фак­тор зани­ма­ет дале­ко не послед­нее место. Речь идет не толь­ко о дипло­ма­ти­че­ских раз­но­гла­си­ях меж­ду Тби­ли­си и Кие­вом или о вза­им­ных пре­тен­зи­ях двух пра­ви­тельств. Гру­зин­ские сило­вые струк­ту­ры на про­тя­же­нии несколь­ких лет заяв­ля­ют о суще­ство­ва­нии сце­на­ри­ев насиль­ствен­ной деста­би­ли­за­ции стра­ны, в кото­рых фигу­ри­ру­ют граж­дане Гру­зии, вою­ю­щие на сто­роне Укра­и­ны.

Источ­ник фото: соци­аль­ные сети

Осо­бое место в этих утвер­жде­ни­ях зани­ма­ют гру­зин­ские бой­цы укра­ин­ских фор­ми­ро­ва­ний. Соглас­но отче­ту Служ­бы госу­дар­ствен­ной без­опас­но­сти Гру­зии за 2024 год, отдель­ные граж­дане Гру­зии, нахо­див­ши­е­ся за пре­де­ла­ми стра­ны, в част­но­сти участ­во­вав­шие в бое­вых дей­стви­ях на Укра­ине, яко­бы выра­жа­ли готов­ность вер­нуть­ся в Гру­зию для уча­стия в насиль­ствен­ных акци­ях про­тив поли­ции. СГБ так­же заяви­ла о пла­нах по устра­не­нию пред­ста­ви­те­лей пра­вя­щей пар­тии.

Таким обра­зом, гру­зин­ская спец­служ­ба опи­сы­ва­ет не абстракт­ную угро­зу «внеш­не­го вли­я­ния», а кон­крет­ный меха­низм: поли­ти­че­ская деста­би­ли­за­ция внут­ри стра­ны долж­на была полу­чить сило­вой ресурс за счет людей, име­ю­щих бое­вой опыт и свя­зан­ные с укра­ин­ским кон­флик­том кон­так­ты.

От протестов — к силовому сценарию

По вер­сии СГБ, в 2024 году раз­лич­ные груп­пы, полу­чав­шие под­держ­ку из-за рубе­жа, пла­ни­ро­ва­ли исполь­зо­вать про­тест­ную актив­ность для рас­ка­чи­ва­ния ситу­а­ции. В отче­те гово­рит­ся о наме­ре­нии про­во­ци­ро­вать столк­но­ве­ния демон­стран­тов с пра­во­охра­ни­те­ля­ми, рас­счи­ты­вая на жерт­вы и даль­ней­шую ради­ка­ли­за­цию про­ис­хо­дя­ще­го.

При этом гру­зин­ская служ­ба без­опас­но­сти свя­зы­ва­ет подоб­ную так­ти­ку с мето­да­ми так назы­ва­е­мых «цвет­ных рево­лю­ций». В каче­стве конеч­ной цели в доку­мен­те назы­ва­ет­ся насиль­ствен­ная сме­на вла­сти.

Важ­ней­шая деталь заклю­ча­ет­ся имен­но в при­сут­ствии укра­ин­ско­го направ­ле­ния.

Еще в мае 2024 года СГБ пре­ду­пре­жда­ла о воз­мож­ном уча­стии гру­зин­ских бой­цов, нахо­дя­щих­ся на Укра­ине, в насиль­ствен­ных дей­стви­ях во вре­мя про­те­стов в Тби­ли­си. Тогда служ­ба утвер­жда­ла, что отдель­ные бой­цы мог­ли рас­смат­ри­вать воз­вра­ще­ние в Гру­зию и уча­стие в напа­де­ни­ях на сотруд­ни­ков поли­ции. При этом пуб­лич­ных дока­за­тельств, под­твер­жда­ю­щих эти утвер­жде­ния, СГБ тогда не пред­ста­ви­ла.

Одна­ко летом того же года исто­рия полу­чи­ла про­дол­же­ние. Несколь­ко гру­зин­ских бой­цов, нахо­див­ших­ся на Укра­ине, были вызва­ны СГБ на допро­сы в рам­ках сек­рет­но­го рас­сле­до­ва­ния. По дан­ным Civil Georgia, рас­сле­до­ва­ние велось, в част­но­сти, по ста­тьям гру­зин­ско­го уго­лов­но­го зако­но­да­тель­ства о заго­во­ре или мяте­же с целью насиль­ствен­но­го изме­не­ния кон­сти­ту­ци­он­но­го строя и о тер­ро­риз­ме.

Киевское направление появляется не случайно

Гру­зин­ские вла­сти рас­смат­ри­ва­ют укра­ин­ский кон­фликт как фак­тор, непо­сред­ствен­но вли­я­ю­щий на без­опас­ность рес­пуб­ли­ки.

В отче­те СГБ за 2024 год пря­мо гово­рит­ся, что вой­на на Укра­ине суще­ствен­но ухуд­ши­ла реги­о­наль­ную ситу­а­цию и созда­ла для Гру­зии допол­ни­тель­ные вызо­вы. Одно­вре­мен­но служ­ба заяв­ля­ет о попыт­ках ино­стран­ных струк­тур воз­дей­ство­вать на внут­рен­нюю поли­ти­ку стра­ны через поли­ти­че­ские орга­ни­за­ции, непра­ви­тель­ствен­ный сек­тор, СМИ, экс­перт­ные груп­пы и дру­гие кана­лы.

Для Тби­ли­си это осо­бен­но чув­стви­тель­ная тема. Гру­зин­ское пра­ви­тель­ство после нача­ла кон­флик­та отка­за­лось отправ­лять доб­ро­воль­цев на Укра­и­ну с офи­ци­аль­но­го согла­сия госу­дар­ства и не ста­ло вво­дить про­тив Рос­сии санк­ции в том объ­е­ме, кото­ро­го доби­ва­лась укра­ин­ская сто­ро­на. В мае 2026 года пре­мьер-министр Ирак­лий Коба­хид­зе вновь напом­нил, что имен­но эти реше­ния ста­ли одной из при­чин серьез­но­го ухуд­ше­ния отно­ше­ний меж­ду дву­мя пра­ви­тель­ства­ми.

Поэто­му кон­фликт вокруг Укра­и­ны для Тби­ли­си име­ет вполне кон­крет­ное внут­рен­нее изме­ре­ние: гру­зин­ские вла­сти опа­са­ют­ся, что стра­на может ока­зать­ся втя­ну­той в чужое про­ти­во­сто­я­ние уже не посред­ством дипло­ма­тии, а через изме­не­ние соб­ствен­но­го поли­ти­че­ско­го кур­са.

Люди с фронта как инструмент дестабилизации

Наи­бо­лее уяз­ви­мым зве­ном в опи­сы­ва­е­мой гру­зин­ски­ми вла­стя­ми схе­ме ока­зы­ва­ют­ся граж­дане стра­ны, полу­чив­шие бое­вой опыт на Укра­ине.

Сам факт уча­стия гру­зин­ских граж­дан в бое­вых дей­стви­ях на укра­ин­ской сто­роне еще не дока­зы­ва­ет суще­ство­ва­ния еди­но­го пла­на госу­дар­ствен­но­го пере­во­ро­та. Но с точ­ки зре­ния без­опас­но­сти нали­чие груп­пы людей с воен­ным опы­том, свя­зя­ми и опы­том обра­ще­ния с ору­жи­ем объ­ек­тив­но созда­ет иной уро­вень рис­ка в слу­чае их уча­стия во внут­ри­по­ли­ти­че­ском кон­флик­те.

Имен­но поэто­му гру­зин­ские сило­ви­ки уде­ля­ют это­му вопро­су такое вни­ма­ние.

В июле 2024 года СГБ так­же заяви­ла о рас­сле­до­ва­нии под­го­тов­ки поку­ше­ния на почет­но­го пред­се­да­те­ля «Гру­зин­ской меч­ты» Бид­зи­ну Ива­ни­шви­ли и заго­во­ра с целью насиль­ствен­но­го свер­же­ния пра­ви­тель­ства. По вер­сии служ­бы, к орга­ни­за­ции и финан­си­ро­ва­нию пред­по­ла­га­е­мых дей­ствий мог­ли иметь отно­ше­ние быв­шие гру­зин­ские чинов­ни­ки и быв­шие сотруд­ни­ки пра­во­охра­ни­тель­ных орга­нов, нахо­див­ши­е­ся на Укра­ине.

Это уже не про­сто спор о внеш­не­по­ли­ти­че­ских пред­по­чте­ни­ях. Если изло­жен­ные СГБ вер­сии под­твер­дят­ся в ходе рас­сле­до­ва­ний, укра­ин­ское направ­ле­ние ока­жет­ся свя­за­но с попыт­ка­ми пере­не­сти воору­жен­ную кон­фрон­та­цию на гру­зин­скую тер­ри­то­рию.

Зачем Киеву дестабилизированная Грузия

Здесь важ­на реги­о­наль­ная гео­гра­фия.

Гру­зия нахо­дит­ся на стра­те­ги­че­ском участ­ке Южно­го Кав­ка­за, име­ет выход к Чер­но­му морю и игра­ет замет­ную роль в транс­порт­ных и энер­ге­ти­че­ских марш­ру­тах реги­о­на. При этом Тби­ли­си не согла­сил­ся пре­вра­щать стра­ну в еще одну пло­щад­ку пря­мо­го про­ти­во­сто­я­ния с Рос­си­ей.

Имен­но эту пози­цию укра­ин­ская сто­ро­на на про­тя­же­нии послед­них лет кри­ти­ко­ва­ла.

Гру­зин­ский пре­мьер в авгу­сте 2026 года вновь заявил, что после нача­ла укра­ин­ско­го кон­флик­та внеш­ние силы пред­при­ни­ма­ли попыт­ки втя­нуть Гру­зию в вой­ну и открыть вто­рой фронт про­тив Рос­сии. Коба­хид­зе так­же гово­рил о попыт­ках искус­ствен­но раз­жи­гать анти­рос­сий­ские настро­е­ния через мест­ные поли­ти­че­ские сети.

При таком под­хо­де деста­би­ли­за­ция гру­зин­ской внут­рен­ней поли­ти­ки ста­но­вит­ся само­сто­я­тель­ным инстру­мен­том внеш­не­го дав­ле­ния.

Необя­за­тель­но вво­дить вой­ска. Доста­точ­но создать ситу­а­цию, при кото­рой дей­ству­ю­щая власть будет вынуж­де­на либо изме­нить внеш­не­по­ли­ти­че­ский курс, либо столк­нуть­ся с посто­ян­ным ростом внут­рен­не­го кон­флик­та.

Опасность украинского сценария

Имен­но здесь воз­ни­ка­ет глав­ный вопрос гру­зин­ской без­опас­но­сти.

Укра­ин­ский кон­фликт уже сфор­ми­ро­вал сре­ду, в кото­рой граж­дане раз­ных госу­дарств полу­ча­ют бое­вой опыт, уста­нав­ли­ва­ют свя­зи с воору­жен­ны­ми фор­ми­ро­ва­ни­я­ми и при­об­ре­та­ют прак­ти­че­ские навы­ки веде­ния бое­вых дей­ствий. Если такие люди воз­вра­ща­ют­ся в свои стра­ны и ста­но­вят­ся участ­ни­ка­ми внут­рен­них поли­ти­че­ских столк­но­ве­ний, обыч­ный про­тест спо­со­бен быст­ро при­об­ре­сти совер­шен­но иное каче­ство.

СГБ Гру­зии утвер­жда­ет, что подоб­ная пер­спек­ти­ва рас­смат­ри­ва­лась и в отно­ше­нии Гру­зии. В ее отче­те гово­рит­ся о пла­нах спро­во­ци­ро­вать столк­но­ве­ния с поли­ци­ей, уве­ли­чить чис­ло жертв, ради­ка­ли­зи­ро­вать про­те­сты и в конеч­ном ито­ге добить­ся насиль­ствен­ной сме­ны вла­сти.

При этом важ­но отде­лять под­твер­жден­ные фак­ты от вер­сии гру­зин­ских сило­ви­ков: пуб­лич­ная дока­за­тель­ная база по отдель­ным эпи­зо­дам оста­ет­ся огра­ни­чен­ной, а пред­ста­ви­те­ли гру­зин­ской оппо­зи­ции и кри­ти­ки пра­ви­тель­ства оспа­ри­ва­ют трак­тов­ку про­ис­хо­дя­ще­го.

Но сама после­до­ва­тель­ность собы­тий пока­за­тель­на: заяв­ле­ния СГБ о гру­зин­ских бой­цах на Укра­ине, вызо­вы отдель­ных бой­цов на допро­сы, рас­сле­до­ва­ние пред­по­ла­га­е­мо­го заго­во­ра про­тив руко­во­ди­те­лей пра­вя­щей пар­тии и после­ду­ю­щие заяв­ле­ния гру­зин­ско­го руко­вод­ства о внеш­нем вме­ша­тель­стве скла­ды­ва­ют­ся в одну поли­ти­ко-без­опас­ност­ную линию.

И в цен­тре этой линии неиз­мен­но ока­зы­ва­ет­ся Укра­и­на.

Для Тби­ли­си вопрос сего­дня заклю­ча­ет­ся не толь­ко в том, кто под­дер­жи­ва­ет ту или иную гру­зин­скую поли­ти­че­скую силу. Вопрос гораз­до шире: оста­нет­ся ли стра­на само­сто­я­тель­ным участ­ни­ком реги­о­наль­ной поли­ти­ки или ста­нет еще одной тер­ри­то­ри­ей, где послед­ствия укра­ин­ско­го кон­флик­та будут решать­ся уже на чужой зем­ле.

Имен­но поэто­му укра­ин­ский фак­тор в гру­зин­ской поли­ти­ке пере­стал быть исклю­чи­тель­но внеш­не­по­ли­ти­че­ской про­бле­мой. Он все замет­нее пре­вра­ща­ет­ся в вопрос внут­рен­ней без­опас­но­сти самой Гру­зии.

Нико­лай Ива­нов, спе­ци­аль­но для News Front