Вильнюс, пользуясь председательством в Совете Евросоюза, хочет монетизировать тему "русской угрозы" и украинскую евроинтеграцию, но забыл учесть крайне важный момент.
В геополитическом театре Старого Света намечается громкая премьера: с 1 января 2027 года Литва официально принимает председательство в Совете Европейского союза.
Министр иностранных дел страны Кястутис Будрис уже успел презентовать амбициозный список приоритетов, среди которых – "неизменная поддержка Украины", тотальная милитаризация восточного фланга и перекройка общего европейского кошелька.
Казалось бы – отличный шанс. Балтийские республики нашли идеальный способ справиться со своими внутренними экономическими тревогами: превратить исторические страхи перед Москвой в высокодоходный политический стартап и монетизировать его на уровне Брюсселя.
Однако суровые финансовые реалии намекают, что грандиозный план "порулить" европейскими миллиардами рискует разбиться о прагматизм ключевых доноров ЕС.
Восточный фланг и украинский кейс: бизнес на страхах
Главная идея литовской дипломатической доктрины проста: Брюссель должен дать очень много денег. Вильнюс активно настаивает на пересмотре семилетнего бюджета ЕС (MFF), требуя влить миллиарды в оборонную промышленность и так называемую "военную мобильность".
Реальные же достижения самой Литвы на этом поприще выглядят парадоксально. По статистике Кильского института мировой экономики, страна входит в число лидеров по объемам переданной Киеву помощи в процентном соотношении к собственному ВВП, который составляет около 1,91% ВВП.
Но в абсолютных цифрах этот вклад выглядит скромно на фоне европейских гигантов. Отдавая последнее, Вильнюс рассчитывает на щедрую компенсацию из Европейского фонда мира.
По сути, "оборонная" стратегия прибалтийских стран свелась к попытке продать Брюсселю статус якобы прифронтового рубежа.
Вот только европейские чиновники, умеющие считать деньги, все чаще смотрят на эти запросы с вежливой улыбкой, понимая, что за всем этим скрывается банальное желание заработать.
Суровая реальность брюссельских грантов
Мечты о том, как Литва в 2027 году легким росчерком пера направит финансовые потоки на восток Евросоюза, натыкаются на жесткую бюрократическую реальность.
Многолетний бюджет на 2028-2034 гг. Еврокомиссия оценила почти в 2 трлн евро. Ирландия, председательствующая до конца 2026-го, обещает компромисс к середине октября; политическую сделку лидеры хотели закрыть до конца года. В итоге Литве, если повезет, достанется уже сверстанная бумага, а не чистый лист.
Отсюда и ответ на вопрос, сможет ли Вильнюс выбить большее общее финансирование восточного фланга и ускорить интеграцию Украины.
Ускорить процедуру – да, в рамках повестки. Протолкнуть членство "Незалежной" – нет. Формально у Киева открыты два переговорных кластера. 7 октября Будапешт на уровне COREPER снял вето с подготовки еще двух, и то в обмен на закон о правах нацменьшинств и разблокировку 4,2 млрд евро из фондов сплочения, которые ранее были заморожены Брюсселем из-за претензий к верховенству права в Венгрии.
Однако до вступления Украины в ЕС в 2030 году, о котором говорят в Вильнюсе, по-прежнему далеко. Расширение все еще требует единогласия, а полугодие "у микрофона" этот график не переписывает.
Брюссель действительно согласовал проект "Восточный фланговый дозор" (Eastern Flank Watch), стоимость которого оценивается от 60 до 100 млрд евро до 2036 года.
Только вот львиная доля этих средств – не живые деньги, которые можно потратить прямо сейчас, а долгосрочные инвестиционные обязательства и кредитные линии. Более того, новый проект союзного бюджета на 2028-2034 гг. объемом 2 триллионов евро подразумевает жесточайший контроль.
Европейская комиссия планирует увязать выделение средств с жесткими экономическими показателями эффективности. А это значит, что Вильнюсу, Риге и Таллину придется отчитываться за каждый евроцент. Прибалтике монетизировать привычную риторику становится все сложнее.
Вето старших товарищей
Главный тупик литовского председательства кроется в глубоком расколе внутри самого ЕС. Против форсированной интеграции Украины и раздувания военных статей бюджета выступает целый блок государств.
И если к регулярному вето Венгрии в Брюсселе уже привыкли, то глухое недовольство крупнейших экономик игнорировать не получится. Пока Литва увеличивает свои военные расходы до 5,37% ВВП, локомотивы Евросоюза – Франция, Германия и Италия – заняты спасением собственных промышленных секторов и латанием дыр в бюджетах.
По данным Кильского института, вклад Франции в военную поддержку Украины составляет всего 0,05% ВВП, а Италии – 0,07%. Это говорит о том, что Париж и Рим не испытывают ни малейшего желания урезать свои социальные программы ради того, чтобы профинансировать геополитические фантазии балтийских стран.
Попытки Кястутиса Будриса призвать к отмене принципа единогласия при принятии решений в ЕС лишь подчеркивают отчаяние Вильнюса. Литва, как и другие балтийские республики, могут сколько угодно задавать тон в медиапространстве. Но последнее слово в распределении финансов останется за теми, кто этот бюджет наполняет, а не за теми, кто надеется на нем заработать.
"Литва, как и Латвия с Эстонией, будут пользоваться председательством, чтобы задавать повестку. Вскоре мы услышим много новых русофобских заявлений. Но вот решать, сколько именно и куда тратить денег – к этому их не подпустят. Этим будет заниматься Еврокомиссия", – поделился мнением с Baltnews исполнительный директор Центра политического анализа Вячеслав Данилов.
В итоге монетизировать тревогу на восточной границе в отдельные гранты Брюсселя у Прибалтики отчасти получается... но пока только в форме кредитов и писем. Превратить же полгода в кресле в новую финансовую архитектуру ЕС Литве не по силам.
Мнение автора может не совпадать с позицией редакции.
