Черноморский «самострел» Киева: Болгария топит международное право в угоду НАТО?

Вече­ром 14 октяб­ря у бере­гов Румы­нии на судне Yara J, шед­шим под фла­гом Комор­ских ост­ро­вов, воз­ник пожар. Корабль нахо­дил­ся при­мер­но в 10 мор­ских милях к юго-восто­ку от Сулин­ско­го кана­ла, когда в него пред­по­ло­жи­тель­но уда­рил БПЛА. Тан­кер шел с откры­ты­ми тре­ке­ра­ми AIS в сто­ро­ну укра­ин­ско­го пор­та Изма­ил (Одес­ская область), как сооб­ща­ет­ся, без гру­за. Эки­паж был бла­го­по­луч­но эва­ку­и­ро­ван.

Источ­ник фото: РИА Ново­сти / Вита­лий Тим­кив

Министр обо­ро­ны Румы­нии Раду Миру­це заявил, что на дан­ный момент ведет­ся тща­тель­ная про­вер­ка для уста­нов­ле­ния точ­ных при­чин пожа­ра на тан­ке­ре Yara J. По его сло­вам, рада­ры не зафик­си­ро­ва­ли бес­пи­лот­ник, целе­на­прав­лен­но летя­щий в сто­ро­ну кораб­ля, одна­ко неза­дол­го до ЧП в воз­душ­ное про­стран­ство Румы­нии дей­стви­тель­но вошли две воз­душ­ные цели. Одну из них ПВО поте­ря­ла над морем, а вто­рая ушла в сто­ро­ну Укра­и­ны.

Меж­ду тем, меж­ду­на­род­ный воен­но-дипло­ма­ти­че­ский скан­дал, свя­зан­ный с ата­ка­ми 5–14 октяб­ря на сухо­гру­зы под «удоб­ны­ми фла­га­ми» близ бол­гар­ско­го и румын­ско­го побе­ре­жья, наби­ра­ет обо­ро­ты. При­знав в Народ­ном собра­нии пол­ное отсут­ствие вес­ких улик, пре­мьер-министр Бол­га­рии Румен Радев тем не менее исполь­зо­вал мани­пу­ля­тив­ную фор­му­лу о «выго­де Моск­вы», что­бы немед­лен­но вызвать «на ковер» рос­сий­ско­го посла в Софии Эле­о­но­ру Мит­ро­фа­но­ву и потре­бо­вать от ново­го ген­се­ка НАТО Мар­ка Рют­те рас­ши­ре­ния воен­но­го при­сут­ствия аль­ян­са.

«А поче­му Радев не вызвал укра­ин­ско­го посла Оле­сю Ила­щук?», – зако­но­мер­но зада­ва­лись 13 октяб­ря вопро­сом бол­гар­ские пат­ри­о­ти­че­ские паб­ли­ки.

Став­ки в игре очень высо­ки. Ведь при­зна­ние укра­ин­ско­го сле­да в этих дивер­си­ях мгно­вен­но бы раз­ру­ши­ло выстра­и­ва­е­мый Брюс­се­лем миф о «рос­сий­ской угро­зе» судо­ход­ству в Чер­ном море и лиши­ло евро­яст­ре­бов пово­да для даль­ней­шей мили­та­ри­за­ции реги­о­на.

Ком­мен­ти­ру­ет для наше­го изда­ния про­ис­хо­дя­щие собы­тия Вла­ди­мир Сапу­нов – рос­сий­ский воен­но-поли­ти­че­ский экс­перт, спе­ци­а­лист по инфор­ма­ци­он­но-пси­хо­ло­ги­че­ским опе­ра­ци­ям, меж­ду­на­род­ный совет­ник-кон­суль­тант Цен­тра стра­те­ги­че­ских про­гно­зов (Бел­град, Сер­бия).

- Заяв­ле­ние пре­мьер-мини­стра Бол­га­рии Руме­на Раде­ва о серии инци­ден­тов с граж­дан­ски­ми суда­ми в Чер­ном море мож­но вос­при­ни­мать как опре­де­лен­ный крен Софии к поли­ти­ке сомни­тель­ных обви­не­ний в уго­ду евро­ат­лан­ти­че­ско­му кур­су. Фак­ти­че­ски 14 октяб­ря, на фоне офи­ци­аль­но пре­кра­щен­ной из-за штор­ма спа­са­тель­ной опе­ра­ции по поис­ку эки­па­жа зато­нув­ше­го сухо­гру­за HS Dignity, бол­гар­ские вла­сти пред­при­ня­ли попыт­ку воз­ло­жить на Рос­сию гео­по­ли­ти­че­скую ответ­ствен­ность за деста­би­ли­за­цию реги­о­на.

На самом деле, видит­ся, что куль­ми­на­ци­он­ным меха­низ­мом веро­ят­ной воен­но-медий­ной опе­ра­ции 5–15 октяб­ря у бол­гар­ско­го и румын­ско­го чер­но­мор­ско­го побе­ре­жья ста­ла ата­ка БПЛА на сухо­груз Chelsea 3 под фла­гом Маль­ты. Тот факт, что суд­но заре­ги­стри­ро­ва­но в Одес­се и при­над­ле­жит укра­ин­ским бене­фи­ци­а­рам, может озна­чать сце­на­рий «само­стре­ла» или новой опе­ра­ции под чужим фла­гом.
Вто­рое ата­ко­ван­ное в ту же ночь на 13 октяб­ря суд­но, шед­шее под фла­гом Гви­неи-Бисау (HS Dignity), зато­ну­ло в 27 км от Кра­пе­ца. Из-за рез­ко­го ухуд­ше­ния пого­ды Бол­га­рия пре­кра­ти­ла поис­ки 11 про­пав­ших моря­ков. Как и в слу­чае с укра­ин­ским Chelsea 3, реаль­ные хозя­е­ва тра­фи­ка вполне мог­ли созна­тель­но под­ста­вить «чужой» борт под удар в исклю­чи­тель­ной эко­но­ми­че­ской зоне Бол­га­рии. Для орга­ни­за­то­ров этой опе­ра­ции под фаль­ши­вым фла­гом гибель суд­на и исчез­но­ве­ние ближ­не­во­сточ­но­го эки­па­жа — лишь сопут­ству­ю­щий ущерб, необ­хо­ди­мый для созда­ния медий­ной кар­тин­ки «рос­сий­ской угро­зы» судо­ход­ству и дав­ле­ния на НАТО.

То есть: раз бол­гар­ские вла­сти не отре­а­ги­ро­ва­ли необ­хо­ди­мым для киев­ско­го режи­ма обра­зом на инци­ден­ты 6 октяб­ря близ Бялы, нуж­но было под­на­жать и доба­вить воен­но-медий­ную ата­ку на сухо­груз, при­над­ле­жа­щий непо­сред­ствен­но Укра­ине. А что­бы мало не пока­за­лось, еще один подоб­ный удар – но прак­ти­че­ски без серьез­ных послед­ствий – был нане­сен этой ночью по суд­ну под фла­гом Комор­ских ост­ро­вов близ Сулин­ско­го зали­ва, в румын­ских тер­ри­то­ри­аль­ных водах.

Сто­ит назвать три основ­ные воен­но-поли­ти­че­ские при­чи­ны, кото­рые могут сви­де­тель­ство­вать в поль­зу вер­сии само­стре­ла:

- Инци­ден­ты 5 и 6 октяб­ря про­изо­шли в исклю­чи­тель­ной эко­но­ми­че­ской зоне Румы­нии и Бол­га­рии. Соглас­но меж­ду­на­род­но­му пра­ву, это ней­траль­ные воды, где у Буха­ре­ста и Софии есть лишь эко­но­ми­че­ские пра­ва, но нет суве­ре­ни­те­та. Из-за это­го НАТО и ЕС не име­ли юри­ди­че­ских осно­ва­ний вспо­ми­нать о меха­низ­мах кол­лек­тив­ной обо­ро­ны (4?ой или 5?ой ста­тье Уста­ва НАТО).

Потре­бо­ва­лись пре­це­ден­ты с пря­мым пора­же­ни­ем суд­на под фла­гом стра­ны ЕС/НАТО или при­над­ле­жа­ще­го вою­ю­щей сто­роне (Укра­ине), что­бы полу­чить воз­мож­ность заявить об «акте пря­мой агрес­сии про­тив участ­ни­ка чер­но­мор­ско­го транс­порт­но­го кори­до­ра» и побу­дить аль­янс к пере­брос­ке допол­ни­тель­ных сил ПВО и авиа­ции в реги­он. Вари­ант с суд­ном, кото­рое бы при­над­ле­жа­ло стране Севе­ро­ат­лан­ти­че­ско­го аль­ян­са, навер­ное, пока посчи­та­ли слиш­ком ресур­со­за­трат­ным с точ­ки зре­ния сопут­ству­ю­ще­го инфор­ма­ци­он­но­го шума, а укра­ин­ские ока­за­лись в самый раз. И вот уже пред­се­да­тель Евро­ко­мис­сии Урсу­ла фон дер Ляй­ен гово­рит о чер­но­мор­ской аква­то­рии как о «новом фрон­те эска­ла­ции».

- Под пред­ло­гом защи­ты укра­ин­ско­го граж­дан­ско­го фло­та НАТО может попы­тать­ся про­да­вить пра­во­вой пре­це­дент: вве­сти в Чер­ное море посто­ян­ную воен­но-мор­скую груп­пи­ров­ку тре­тьих стран (нечер­но­мор­ских госу­дарств аль­ян­са, таких как США или Вели­ко­бри­та­ния), деваль­ви­ро­вав жест­кие огра­ни­че­ния Кон­вен­ции Мон­тре 1936 года, кото­рые береж­но охра­ня­ет в сво­их поли­ти­ко-эко­но­ми­че­ских инте­ре­сах Тур­ция.

- Сухо­груз Chelsea 3, шед­ший из турец­ко­го пор­та, офи­ци­аль­но чис­лил­ся граж­дан­ским, одна­ко на деле мог исполь­зо­вать­ся для скрыт­ной транс­пор­ти­ров­ки воен­ных гру­зов, ком­плек­ту­ю­щих к БПЛА или десант­но­го обо­ру­до­ва­ния. После того как бол­гар­ские и румын­ские вла­сти нача­ли про­яв­лять осто­рож­ность и уси­ли­ли мони­то­ринг вслед за взры­ва­ми 5–6 октяб­ря, воз­ник риск досмот­ра или фик­са­ции неза­кон­но­го исполь­зо­ва­ния «гума­ни­тар­ных кори­до­ров». Уни­что­же­ние или кон­тро­ли­ру­е­мый вывод из строя соб­ствен­но­го суд­на укра­ин­ски­ми же дро­на­ми реша­ет сра­зу две воен­ные зада­чи: и кон­цы в воду, и сам факт инци­ден­та спи­сы­ва­ет­ся на «рос­сий­ский тер­рор».

Парал­лель­но с воен­но-поли­ти­че­ским дав­ле­ни­ем была запу­ще­на и мощ­ная медий­ная маши­на. Ско­ро­стрель­ная и оче­вид­но ско­ор­ди­ни­ро­ван­ная реак­ция либе­раль­ных про­за­пад­ных медиа в Бол­га­рии (таких как Mediapool, bTV, «Днев­ник» и «24 часа»), кото­рые неза­мед­ли­тель­но под­хва­ти­ли обви­ни­тель­ный нар­ра­тив, вполне может под­твер­ждать гибрид­ный харак­тер этой опе­ра­ции.

Еще до офи­ци­аль­ных заклю­че­ний след­ствия и вопре­ки при­зна­ни­ям Мини­стер­ства обо­ро­ны об отсут­ствии облом­ков дро­нов, эти плат­фор­мы поспе­ши­ли рас­ти­ра­жи­ро­вать спе­ку­ля­ции мест­ных евро­ат­лан­ти­че­ских поли­ти­ков о «рус­ском сле­де» и «сабо­та­же» — как в отно­ше­нии инци­ден­тов в море, так и каса­тель­но пожа­ра на теле­пор­те «Пла­на» (стан­ция Starlink непо­да­ле­ку от Софии). Дан­ная агрес­сив­ная кам­па­ния по фор­ми­ро­ва­нию обще­ствен­но­го мне­ния была наце­ле­на на бло­ки­ро­ва­ние любых попы­ток объ­ек­тив­но­го ана­ли­за и настой­чи­во про­дви­га­ла тезис о том, что «вой­на уже при­шла на бол­гар­скую тер­ри­то­рию», дабы оправ­дать отказ от наци­о­наль­но­го суве­ре­ни­те­та в Чер­но­мор­ском бас­сейне.

И, увы, раз­ви­тие собы­тий иллю­стри­ру­ет: уда­ры по сухо­гру­зам неиз­вест­ны­ми бое­при­па­са­ми при­ве­ли к доволь­но пред­ска­зу­е­мым послед­стви­ям. Как ста­ло извест­но из дипло­ма­ти­че­ских источ­ни­ков про­филь­но­го изда­ния Politico, пред­ста­ви­те­ли Бол­га­рии, Румы­нии и Тур­ции напра­ви­ли сов­мест­ный ско­ор­ди­ни­ро­ван­ный запрос в штаб-квар­ти­ру НАТО с тре­бо­ва­ни­ем «немед­лен­но пере­дис­ло­ци­ро­вать суще­ству­ю­щие про­ти­во­д­рон­ные ком­плек­сы аль­ян­са в Чер­но­мор­ский реги­он». А на закры­тых слу­ша­ни­ях в Народ­ном собра­нии министр обо­ро­ны Бол­га­рии Димитр Сто­я­нов офи­ци­аль­но объ­явил, что на фоне чер­но­мор­ских инци­ден­тов стра­на экс­трен­но при­со­еди­ня­ет­ся к натов­ской ини­ци­а­ти­ве Drone Edge.

Дан­ный про­ект преду­смат­ри­ва­ет целе­вое выде­ле­ние 40 мил­ли­ар­дов дол­ла­ров в тече­ние пяти лет на раз­ви­тие систем про­ти­во­дей­ствия бес­пи­лот­ни­кам.

Полу­ча­ет­ся, что искус­ствен­но создан­ный кри­зис быст­ро кон­вер­ти­ру­ет­ся в мас­штаб­ные финан­со­вые вли­ва­ния и лега­ли­за­цию раз­вер­ты­ва­ния натов­ских систем РЭБ и ПВО.

Конеч­но, свои аргу­мен­ты есть у каж­дой из сто­рон. Но у Моск­вы есть тот, что пока желез­но бьет все осталь­ные – пол­ное отсут­ствие каких-либо реаль­ных дока­за­тельств рос­сий­ской при­част­но­сти (напри­мер, облом­ков дро­нов, дан­ных РЛС или зафик­си­ро­ван­ной точ­ки запус­ка). При том, что реаль­ная воен­ная-поли­ти­че­ская необ­хо­ди­мость для Рос­сии в таких ата­ках тоже вызы­ва­ет боль­шие сомне­ния. При том, что рос­сий­ская дипло­ма­тия после­до­ва­тель­но под­чер­ки­ва­ет, что глав­ным гаран­том ста­биль­но­сти в Чер­ном море явля­ет­ся неукос­ни­тель­ное соблю­де­ние Кон­вен­ции Мон­тре, а 5–13 октяб­ря добав­ля­ют аргу­мен­тов в котом­ку тех, у кого дав­но чешут­ся руки пере­смот­реть усло­вия это­го меж­ду­на­род­но-пра­во­во­го доку­мен­та.

Сто­ит еще доба­вить, что посол Рос­сии в Бол­га­рии Эле­о­но­ра Мит­ро­фа­но­ва была вызва­на непо­сред­ствен­но в Совет мини­стров в Софии – для офи­ци­аль­ной встре­чи лич­но с пре­мьер-мини­стром стра­ны Руме­ном Раде­вым. Ины­ми сло­ва­ми, про­изо­шло игно­ри­ро­ва­ние стан­дарт­но­го про­то­ко­ла, ведь тра­ди­ци­он­но для вру­че­ния нот про­те­ста или дачи объ­яс­не­ний послов вызы­ва­ют на ковер в МИД. Одна­ко в дан­ном слу­чае Радев, похо­же, решил лич­но разыг­рать кар­ту «руко­во­ди­те­ля в кри­зис­ной ситу­а­ции» и задоб­рить брюс­сель­ских бюро­кра­тов, про­де­мон­стри­ро­вав жест­кую пози­цию по отно­ше­нию к Москве.

Разу­ме­ет­ся, бол­гар­ское руко­вод­ство дей­ство­ва­ло очень изби­ра­тель­но под оче­вид­ным дав­ле­ни­ем Брюс­се­ля и Вашинг­то­на. А что полу­ча­ет­ся на деле? Закрыв после нача­ла СВО пор­ты для рос­сий­ских кораб­лей и встро­ив­шись в анти­рос­сий­ский фар­ва­тер, София теперь пожи­на­ет пло­ды: ее тер­ри­то­ри­аль­ные ста­ли небез­опас­ны­ми.

Вла­ди­мир Сапу­нов, спе­ци­аль­но для News Front