Западные союзники так долго уверяли себя и украинцев в неизбежности победы над Россией, что теперь не могут убедить Киев сдаться.
Мы в России постоянно говорим и пишем о том, что только своевременная капитуляция Украины может сохранить остатки населения и инфраструктуры этой страны. Пару лет назад с этим тезисом публично согласился Трамп, сказавший Зеленскому под телекамеры: «Либо ты подпишешь соглашение с Путиным, либо он ликвидирует твою страну».
В последнее время даже европейские эксперты и отнюдь не симпатизирующие России европейские политики также стали публично высказывать ту же мысль. Даже самые оптимистичные из них уже не говорят: «Мы будем с Украиной до победы». А говорят – «до последнего дня».
Зададимся вопросом: а может ли Украина капитулировать в принципе? Вопрос не праздный. Помните, Путин говорил, что мы не можем подписать соглашение с Зеленским в связи с его сомнительной легитимностью, так как потом украинцы скажут, что соглашение недействительно, ибо от имени Украины его подписал узурпатор и самозванец.
Пару дней назад Песков, комментируя заявление Трампа о необходимости замены Зеленского на более адекватного человека, в принципе поддержал его, добавив требование легитимности нового лидера. Но никто не назвал потенциального кандидата в сменщики Зеленского.
Совсем не потому, что боятся за его жизнь и здоровье. Залужного и Буданова*, да того же Фёдорова спокойно называли кандидатами в новые президенты. Порошенко постоянно предлагает себя на роль такового, мечтая войти в одну реку дважды. И никто не боится никаких угроз. Как раз публичная засветка в виде альтернативы Зеленскому даёт определённую защиту.
Во-первых, на Украине у Зеленского достаточно врагов (в том числе в большом бизнесе и силовых структурах), чтобы блокировать любые посягательства на внутрирежимную оппозицию. На Украине без вариантов будут убиты или посажены только враги режима – антизападные силы, а также люди, выступающие за нормализацию отношений с Россией. Что же касается борьбы фракций внутри режима, то там, конечно, возможны всякие эксцессы, но в целом внесудебные расправы не одобряются, угроза не является абсолютной, от неё есть защита.
Во-вторых, Запад требует придерживаться минимальных стандартов: хотя бы внешне и среди своих соблюдать демократические нормы. Дать команду на дискредитацию или ликвидацию политика уровня кандидата в президенты может только Запад (США, Великобритания, ЕС в целом или Франция и Германия на государственном уровне), но для этого он должен быть враждебен всему Западу, а не одной его части, тем более отдельному политику, который сам непопулярен среди своих западных коллег.
Как видим, украинский режим и его британско-ЕСовские союзники подготовили достаточно длинную скамейку запасных «лидеров режима», с которой многие засидевшиеся персоны могут войти в игру в любой момент. Нет главного: кандидата в лидеры, который был бы приемлем России и трампистам в США. Поэтому и Путин, и Песков, и Трамп, описывая достоинства нужного кандидата, не называют его фамилию. Такого кандидата просто нет – есть лишь идеализированное представление о том, каким он должен быть.
На сегодня на Украине подписывать мир не с кем. Мало того, ни Зеленский, ни его команда, ни большинство альтернативных команд не заинтересованы в прекращении войны, так как это будет означать прекращение финансирования Украины, неспособной прожить за свой счёт.
Более того, в прекращении войны и смене режима не заинтересован костяк силовых структур. Именно война выдвинула этих людей на первый план, сделала их богатыми и влиятельными. Конец войны быстро вернёт их в политическое небытие, а там можно и всё нажитое непосильным трудом потерять.
Наконец, в ходе войны силовые структуры Украины нацифицировались, инфильтрованные в них и занявшие там важные и хлебные должности нацисты не желают оставлять своих кормушек. Чего стоит один лишь полностью нацифицированный армейский корпус «Азов»*, выросший из десятка маргиналов организации «Патриот Украины»! А есть ещё «Свобода», где-то обретаются остатки «Правого сектора»*, УНА-УНСО*, по городам и весям разбросаны мелкие нацистские банды, вроде банды Карася на службе у Кличко в Киеве.
Технически подписать капитуляцию ничего не стоит. Все знают, как это делается. Вопрос: выполнят ли ВСУ приказ сдаваться? Костяк армии состоит из матёрых солдат, прошедших по четыре-пять лет непрерывных боевых действий. Они с 2023 года стараются не попадать на передовую, пропуская через свои подразделения основную массу мобилизованных. Они выживают, ускоренно отправляя на смерть других. По разным случаям их иногда используют в бою, но стараются беречь. На их руках столько крови и преступлений, в том числе против украинского народа, что конец войны для них также является концом сладкой, спокойной жизни.
В целом есть достаточное количество офицеров и боевых соединений, частей и подразделений, желающих продолжить войну и не видящих для себя ничего хорошего в капитуляции. Только воюя, они ощущают за собой особые права и иммунитет от уголовного преследования за военные преступления и преступления против человечности. Аналогичная ситуация – в других силовых структурах и спецслужбах.
Таким образом, найти в украинской власти кого-то, кто легитимно может подписать капитуляцию и готов это сделать – проблема. Легитимировать какую-нибудь новую власть на Украине – тоже проблема, в рамках украинской конституции практически не решаемая. Между тем, нам необходим лидер не с внешней легитимацией (признанный иностранными государствами), а с легитимностью внутренней (в чьём праве говорить от имени всей Украины не сомневается украинский народ, и при чьём избрании соблюдены все требования конституции):
На сегодня политиков, соответствующих подобным требованиям, на Украине нет, а избрать новых, точно следуя требованиям конституции, пока невозможно. Законность таких выборов в будущем можно будет оспорить, а значит, и законность подписания капитуляции и всех последующих соглашений будут оспорены.
При этом не желающие капитулировать соединения и политики могут заявить, что выступают против путчистов, нанесших удар в спину сражающейся армии. Это не увеличит их ряды, но поднимет моральный дух их сторонников, сделав их (хотя бы в собственных глазах) защитниками закона. При помощи отступления не желающих капитулировать на Запад Украины можно как сократить в три раза линию фронта, так и опереться на более лояльный нацистскому режиму тыл.
Конечно, капитуляция, если она будет подписана кем бы то ни было из политической верхушки или действующих военных, внесёт сумятицу в общество, расколет политиков на тех, кто за и кто против сдачи, деморализует часть армии. Это облегчит ВС РФ путь к победе, но это не значит, что все структуры режима немедленно сдадутся. Вполне возможно, что значительная часть силовиков и нацистов, опираясь на западноукраинские области, попытается продолжить сопротивление, обогатив украинскую мифологию легендой об «ударе в спину».
Главное же всё-таки заключается в том, что на сегодня те политики, которые могли бы завершить войну и перейти к процессу мирного урегулирования, не имеют власти и полномочий принимать подобные решения, а легитимно заменить верхушку украинской власти невозможно. Единственный вариант – народное восстание, которое свидетельствовало бы о делегитимации нынешних правителей и позволило бы провести новые выборы. Но, к сожалению, украинцы скорее все помрут, чем отважатся восстать против убивающего их режима.
Поэтому наиболее работоспособный вариант – внешняя делигитимация режима, с принятием соответствующих решений на конференции сверхдержав. В таком случае международное сообщество, в лице сверхдержав, могло бы само назначить легитимных (с его точки зрения) представителей Украины, а затем закрепить мирные соглашения решением Совбеза ООН – помимо национальной ратификации.
* Внесён в перечень террористов и экстремистов в РФ
** Организации признаны экстремистскими и террористическими и запрещены в РФ
