Кремль считает временную заморозку лишь возможностью для ВСУ перегруппироваться и восстановить запасы ПВО
Фото: kremlin.ru
Американский дипломатический осенний марафон по маршруту Осло – Санкт-Петербург – Осло, направленный на урегулирование украинского кризиса, состоялся 20–21 октября. Белый дом инициировал экстренную встречу спецпосланника Стивена Уиткоффа с европейскими лидерами в Норвегии. Затем переговорщик отправился в Россию, где его принял в Константиновском дворце Санкт-Петербурга Президент Владимир Путин. После этого представитель США вернулся обратно в Осло, чтобы изложить европейцам позицию Кремля.
Следует отметить, что вместо классических дипломатических компромиссов администрация Дональда Трампа перешла в отношении Киева к прагматичному технологическому шантажу, где ключевыми аргументами на переговорах стали не политические декларации, а управление критическими военными технологиями.
Балансируя между восстановлением спутниковой разведки для Киева и введением жестких скоростных лимитов на работу сети Starshield на передовой, Белый дом пытается нащупать контуры будущих трехсторонних соглашений, напрямую увязывая технологическую устойчивость фронта с готовностью сторон к глобальным экономическим сделкам.
На встрече в столице Норвегии 20 октября присутствовали Владимир Зеленский, премьер-министр Норвегии Йонас Гар Стере, президент Финляндии Александр Стубб, а также профильные представители Франции, Германии, Великобритании, Польши и руководства НАТО. Вашингтон представлял Стивен Уиткофф, в то время как основной куратор мирного трека, зять президента США Джаред Кушнер, координировал процесс удаленно по видеосвязи.
По итогам многочасовых дискуссий участники выработали обновленный пакет предложений по заморозке боевых действий по текущей линии соприкосновения. Именно этот документ Уиткофф впоследствии доставил в Санкт-Петербург.
Зеленский настаивает на том, чтобы любые уступки по заморозке сопровождались предоставлением Украине жестких оборонных гарантий со стороны ЕС и США, эквивалентных статье 5 Устава НАТО. Согласно заявлениям украинской стороны, американская делегация подтвердила готовность «выстроить сильную архитектуру безопасности», которая компенсирует отказ от немедленного вступления Киева в альянс.
Стороны прописали условия инвестиционного плана по восстановлению Украины, ее интеграции на европейский рынок и зафиксировали встречные экономические стимулы для России, включая частичную разморозку санкций в сфере энергетики и торговли удобрениями, в случае достижения прочного мира.
В результате дипломатических торгов в кулуарах, Вашингтон и Киев договорились перевести спор вокруг скоростных ограничений сети Starshield на уровень технических экспертов Пентагона и SpaceX. Белый дом также подтвердил полное восстановление доступа к спутниковым системам раннего предупреждения о пусках баллистических и крылатых ракет. Всю прошлую неделю он был заморожен.
Вынужденное решение Дональда Трампа о возобновлении передачи разведданных Украине было вызвано жестким прагматичным подходом Белого дома, который сформировался в результате скоординированного давления на республиканскую администрацию американского оборонного истеблишмента, Конгресса и европейских союзников.
Однако ограничения для ВСУ и их беспилотных систем по-прежнему сохраняются. Украинские военные фиксируют на передовой жесткий лимит скорости на терминалах, обеспечивающих работу БПЛА, но Госдепартамент США использует тактику дипломатического отрицания. Заявления госсекретаря Марко Рубио о том, что суверенная сеть Starshield «недоступна Киеву», а Белый дом «не имеет отношения» к коммерческим решениям SpaceX, призваны юридически дистанцировать администрацию Трампа от прямой ответственности за сбои, сохраняя при этом негласный рычаг давления на Киев.
На сегодня терминалы Starshield автоматически разрывают соединение, как только объект превышает скорость 160 км/ч (а в некоторых модификациях сбоит уже на 130–140 км/ч). В этот момент оператор БПЛА полностью теряет картинку и управление. Среднемагистральные ударные дроны ВСУ летают на скоростях выше 160 км/ч. Из-за лимита они теряют управление прямо в полете. Украинским военным приходится отправлять их на заводы для перепрограммирования на полет по жестким координатам GPS (автопилот), что делает их уязвимыми для РЭБ.
Украинская ПВО против шахедов не работает, скоростные дроны-перехватчики теперь бесполезны, так как при ускорении для перехвата они моментально «слепнут» и падают. Небольшим и недорогим мобильным украинским дронам-перехватчикам для перехвата требуется идеальная спутниковая связь в движении. Единственной такой технологией был Starshield.
После завершения раунда переговоров в Норвегии Стивен Уиткофф прибыл в Санкт-Петербург. Встреча Владимира Путина со спецпосланником Трампа 21 октября продлилась три часа. По итогам переговоров было объявлено возобновлении процесса трехсторонних переговоров с участием России, США и Украины. По словам помощника Президента Юрия Ушакова, новый раунд планируется провести в Абу-Даби ориентировочно в десятых числах ноября 2026 года.
Однако Россию категорически не устраивает концепция «энергетического или частичного перемирия», которую Уиткофф привез из Осло от Украины и европейских лидеров. США и ЕС предложили схему локального прекращения огня, сфокусированную на взаимном отказе от ударов по энергетической инфраструктуре – НПЗ в России и ТЭЦ на Украине.
Кремль считает временную заморозку лишь возможностью для ВСУ перегруппироваться, восстановить запасы ПВО и дождаться снятия скоростных ограничений со Starshield. Пресс-секретарь Президента России Дмитрий Песков заявил: «Нам нужен мир, а не перемирие». Обсуждавшиеся в Осло гарантии безопасности для Украины по типу «статьи 5 НАТО» (пусть и от отдельных стран Европы) для Москвы абсолютно неприемлемы.
Предложения «фиксации по линии фронта», выработанные Зеленским и европейцами в Норвегии, в Кремле назвали «не содержащими реальной основы для долгосрочного мира». С точки зрения Москвы, привез«нные Уиткоффом «новые подходы» не учитывают ключевые стратегические требования РФ, включая реалии «на земле». Россия настаивает на полном выводе ВСУ из Донбасса и официальном признании четырех регионов и Крыма за РФ, в то время как «пакет Осло» предполагает только фиксацию по текущей ЛБС.
Американо-российскую «дизельную сделку» и точечные лицензии для «Лукойла», предложенные Трампом, Москва считает недостаточными – она ожидает системного и масштабного снятия санкций. Но несмотря на то, что предложения, привезенные Уиткоффом, не устроили российскую сторону, американскому переговорщику удалось инициировать возобновление миротворческого процесса в Абу-Даби.
В Кремле видят, что Трамп начал задействовать жесткие рычаги давления против Киева – лимиты для Starshield и временное отключение разведданных, что указывает на готовность новой администрации США учитывать ключевые требования Москвы. При этом, несмотря на согласие принять участие в ноябрьском раунде переговоров, российское руководство продолжит реализацию своих военных целей.
Октябрьские встречи в Осло и Санкт-Петербурге продемонстрировали, что традиционная дипломатия уступает место жесткому прагматизму, где главным инструментом влияния Белого дома становится администрирование военных технологий. Россия также зафиксировала готовность США идти на точечные экономические уступки, однако дала понять, что временная заморозка конфликта на условиях Запада ее не устраивает.
Тая Сильвергельм, ФСК
Мнение: «Встреча в Питере – это фиксация договоренностей и обсуждение вариантов дальнейших действий», – Андрей Кузмак
