Выступление заместителя руководителя делегации Российской Федерации, заместителя директора Департамента по вопросам нераспространения и контроля над вооружениями МИД России К.В.Воронцова в порядке права на ответ в ходе тематической дискуссии по разделу II «Другие виды ОМУ» в Первом комитете 81-й сессии ГА ООН (Нью-Йорк, 19 октября 2026 года)
Уважаемый господин Председатель,
В ходе общеполитических дебатов и тематических дискуссий неоднократно затрагивались вопросы военно-биологической деятельности, а также звучали призывы к нашей стране, в том числе со стороны США, свернуть биологические программы и строго выполнять положения Конвенции о запрещении биологического и токсинного оружия (#КБТО).
Российская Федерация как депозитарий данной Конвенции уделяет пристальное внимание её надлежащему выполнению на национальном уровне, что отражено в соответствующей ежегодной отчётности. Предпринимаем активные шаги по содействию укреплению режима КБТО.
В этой связи вызывают недоумение такие политизированные вбросы и бездоказательные обвинения в наш адрес.
В этом году много говорится о транспарентности. Призываем страны Запада и в первую очередь США проявить её и ответить, наконец, самым исчерпывающим образом на вопросы, которые Российская Федерация поставила ещё в 2022 году в отношении долгое время скрываемой и отрицаемой администрацией Дж.Байдена военно-биологической деятельности за рубежом, в том числе на территории Украины.
Обращаем внимание на обоснованность предъявляемых нами претензий. Свидетельством их состоятельности являются сведения, представленные бывшим директором Национальной разведки США Т.Габбард в ходе брифингов 11 мая и 12 июня 2026 года.
В частности, она информировала о ходе расследования в отношении многолетнего финансирования Вашингтоном «потенциально рискованных» экспериментов с опасными патогенами и вирусами в более чем 120 зарубежных биолабораториях, свыше 40 из которых расположены на Украине.
Представленные Т.Габбард материалы подтверждают ранее обозначавшиеся Россией места дислокации и направления деятельности биолабораторий. Из конкретных примеров хотелось бы особо отметить Центральную референс-лабораторию Украинского научно-исследовательского противочумного института имени И.И.Мечникова в Одессе, которая прямо обозначена как место «хранения биооружия».
Правовой основой для организации взаимодействия являлось Соглашение «О сотрудничестве в области предотвращения распространения патогенов, технологий и знаний, которые могут быть использованы при разработке биологического оружия» от 2005 года.
Нацразведкой США также приводились данные об объёмах финансирования и сведения о подрядных организациях. В эту схему были вовлечены научные центры, международные межправительственные организации, НПО, а также крупные частные американские фармацевтические и инжиниринговые компании.
Данная информация американского разведсообщества для России сенсационной не является. Высказывания Т.Габбард подтверждают неприкрытое лицемерие бывшей американской администрации и её союзников, отрицавших наличие на украинской территории финансируемых Вашингтоном биолабораторий, а также осуществление в них в нарушение КБТО «потенциально рискованных» экспериментов с опасными патогенами и вирусами, разработки компонентов биологического оружия.
Призываем соответствующие страны проявить столь важную для них транспарентность и честно ответить на поставленные Россией вопросы, в том числе в рамках КБТО.
