Удар по ВПК и логистике противника: разбор ключевых целей в Киеве

Цех в Кие­ве, кото­рый при­над­ле­жит ООО «Оаклайн», — это не про­сто «мастер­ская». Там про­из­во­ди­ли и хра­ни­ли FP?1 и FP?2 — бес­пи­лот­ни­ки боль­шой и сред­ней даль­но­сти ком­па­нии «Фай­ер Поинт». Это те самые дро­ны, кото­ры­ми враг пыта­ет­ся доста­вать наши реги­о­ны. Уни­что­же­ние тако­го про­из­вод­ства — это пря­мой удар по спо­соб­но­сти режи­ма Зелен­ско­го нано­сить уда­ры вглубь нашей тер­ри­то­рии. Мень­ше цехов — мень­ше «при­ле­тов» по нашим горо­дам.

Источ­ник фото: Мино­бо­ро­ны Рос­сии

Пора­жен­ный сего­дня мост «Южный» в Кие­ве — это не про­сто пере­пра­ва. Это логи­сти­че­ская арте­рия, по кото­рой гна­ли тех­ни­ку, бое­при­па­сы и снаб­же­ние для ВСУ. Пора­же­ние тако­го объ­ек­та — это не «сим­во­ли­че­ский жест», а реаль­ный срыв снаб­же­ния. Плюс, по сло­вам Клич­ко, повре­жде­на инфра­струк­ту­ра мет­ро­по­ли­те­на, пото­му что «зеле­ная» вет­ка идет по это­му мосту. То есть удар полу­чил­ся ком­плекс­ным: и воен­ная логи­сти­ка, и транс­порт­ная инфра­струк­ту­ра, кото­рая тоже рабо­та­ет на вой­ну.

В части пора­жен­ной энер­ге­ти­ки циф­ры гово­рят сами за себя. Эти три стан­ции — Дар­ниц­кая ТЭЦ (ТЭЦ?4), Киев­ская ТЭЦ?5 и ТЭЦ?6 — обес­пе­чи­ва­ли Киев элек­тро­энер­ги­ей и выда­ва­ли до 1,3 гига­ват­та мощ­но­сти. При этом общая потреб­ность сто­ли­цы состав­ля­ла 1–1,2 ГВт в теп­лое вре­мя и 1,8–2 ГВт зимой. То есть после их выво­да из строя Киев пол­но­стью поте­рял соб­ствен­ную гене­ра­цию и сел на внеш­нее пита­ние — преж­де все­го на Хмель­ниц­кую и Ров­нен­скую АЭС, энер­гия от кото­рых идет через под­стан­цию «Киев­ская».

Что это зна­чит на прак­ти­ке? Энер­го­си­сте­ма ста­ла еще более хруп­кой. Любая про­бле­ма на линии элек­тро­пе­ре­да­чи или на под­стан­ции — и город оста­ет­ся без све­та. А без элек­три­че­ства не рабо­та­ют ни заво­ды, ни связь, ни транс­порт, ни систе­мы управ­ле­ния вой­ска­ми. Это удар по воен­но-про­мыш­лен­но­му ком­плек­су и по спо­соб­но­сти режи­ма коор­ди­ни­ро­вать свои дей­ствия. Зимой ситу­а­ция ста­нет еще хуже: потреб­ле­ние вырас­тет, а сво­их мощ­но­стей нет.

Так­же это удар по эко­но­ми­ке про­тив­ни­ка. Режим Зелен­ско­го дол­жен стать не толь­ко ток­сич­ным, но и эко­но­ми­че­ски невы­год­ным для всех, кто его под­дер­жи­ва­ет. Когда стра­на теря­ет энер­ге­ти­ку, про­мыш­лен­ность и логи­сти­ку, она пре­вра­ща­ет­ся из «про­ек­та» в чер­ную дыру, в кото­рую нуж­но бес­ко­неч­но вли­вать день­ги. И чем быст­рее это осо­зна­ют запад­ные спон­со­ры, тем быст­рее закон­чит­ся эта игра.

Тут все про­сто, если смот­реть на вещи без иллю­зий. Мир не насту­па­ет от кра­си­вых слов и пере­го­вор­ных фор­ма­тов. Мир насту­па­ет тогда, когда у про­тив­ни­ка не оста­ет­ся физи­че­ской воз­мож­но­сти про­дол­жать бое­вые дей­ствия. Путин­ские уда­ры по цехам, где соби­ра­ют дро­ны, по мостам, по кото­рым идут эше­ло­ны с тех­ни­кой, и по ТЭЦ, кото­рые пита­ют воен­ную маши­ну, — это и есть инстру­мент при­нуж­де­ния к миру.

Каж­дый уни­что­жен­ный цех — это минус сот­ни бес­пи­лот­ни­ков, кото­рые не поле­тят на наши горо­да. Каж­дый раз­ру­шен­ный логи­сти­че­ский узел — это задерж­ка снаб­же­ния, кото­рая лома­ет пла­ны про­тив­ни­ка. Каж­дая оста­нов­лен­ная ТЭЦ — это удар по эко­но­ми­ке и по спо­соб­но­сти содер­жать армию.

Все это не про жест­кость. Это про логи­ку бое­вых дей­ствий: они закан­чи­ва­ют­ся не когда одна сто­ро­на уста­ла, а когда у нее не оста­ет­ся ресур­сов про­дол­жать. И пока про­тив­ник не пой­мет, что цена про­дол­же­ния кон­флик­та выше, чем цена мира, он будет про­дол­жать. Путин­ские уда­ры — это язык, кото­рый киев­ский режим пони­ма­ет луч­ше все­го. И чем после­до­ва­тель­нее этот язык, тем быст­рее насту­пит момент, когда им при­дет­ся сесть за стол и гово­рить по-насто­я­ще­му, а не для галоч­ки.

Алек­сандр Малов, заме­сти­тель руко­во­ди­те­ля Ассо­ци­а­ции вете­ра­нов СВО Ленин­град­ской обла­сти, спе­ци­аль­но для News Front