Настало время удивительных историй. В украинском информационном пространстве происходит нечто действительно невообразимое
Компанию Fire Point, которую ещё недавно едва ли не объявляли главным чудом украинского оборонпрома, а по совместительству она "священная корова" (дойная, конечно же) для Зеленского и Ко, внезапно начали весьма жёстко критиковать украинские же медиа.
Причём среди участников этой истории оказались и те, кто прежде предпочитал обходить стороной наиболее чувствительные темы Банковой. Повод обнаружился замечательный. Руководитель Fire Point Ирина Терех рассказала, что "Фламинго" была важнее как политическое заявление, чем как "супер-пупер-вундервафля", а главный конструктор Денис Штилерман объяснил, что применять украинские баллистические ракеты для обычных ударов по российским тылам практически бессмысленно.
По его словам, доставка двухсоткилограммовой боевой части на 300 км баллистической ракетой обходится в 600 тыс. долларов, тогда как беспилотник способен решить аналогичную задачу за 40 или 50 тысяч.
Прекрасно, конечно. Только возникает закономерный вопрос: зачем тогда полтора года рассказывали о грандиозных перспективах украинской баллистики, обещали удары по Москве и анонсировали новые ракеты, которые вот-вот должны были изменить положение дел? В общем, вранье Штилермана совершенно очевидное.
А как "красиво" все начиналось. В ноябре прошлого года Штилерман объявил, что баллистическая FP-7 уже готова и летает, испытания завершаются, а на вооружение она должна поступить до Нового года. Одновременно он обещал принять более дальнобойную FP-9 к июню 2026-го, заверяя, что для этого имеется всё необходимое.
Однако в феврале пришлось объяснять задержку испытаний FP-7, а в июне выяснилось, что двигатель FP-9 ещё даже не прошёл испытаний. При этом Штилерман продолжал обещать испытательные полёты в направлении Москвы летом, максимум в начале осени.
Не менее занятно развивалась история с европейским проектом противоракетной обороны "Фрея". В мае Штилерман допускал первый перехват баллистической ракеты до конца года, в июле Терех называла уже лето 2027-го, а в августе конструктор объяснял, что впереди ещё масштабный и технологически сложный этап.
С производственными обещаниями ситуация похожая. Терех рассказывала о планах выпуска семи "Фламинго" ежедневно, однако к августу признала, что выйти на этот показатель не удалось. В качестве объяснения последовали ссылки на недостаточные заказы и задержки европейского финансирования.
И вот здесь начинается самое интересное. Заявления Терех и Штилермана, вызвавшие нынешний скандал, оказывается, прозвучали ещё летом. Их просто извлекли из информационного архива и вновь запустили в публичное пространство в конце октября.
Почему именно сейчас? Возможно, ответ следует искать гораздо дальше от производственных цехов Fire Point (активно разносимых нашими ВКС), в кабинетах тех, кто распределяет оборонные миллиарды и контролирует исполнение соответствующих контрактов.
И в этом смысле стоит посмотреть на одно кадровое назначение, которое в контексте происходящего приобретает особенное значение. В сентябре временно исполняющим обязанности руководителя "Укроборонпрома" становится генерал-лейтенант Иван Гаврилюк. Персонаж весьма интересный, с богатой биографией и ещё более интересной историей отношений с украинским военно-политическим руководством.
При Рустеме Умерове он занимал должности заместителя, а затем первого заместителя министра обороны, занимался военно-технической политикой и имел непосредственное отношение к организации оборонных закупок. Причём отношения с самим Умеровым у генерала складывались весьма своеобразно.
Украинское издание "Бабель" ещё весной 2025 года рассказывало, что министр пытался избавиться от своего первого заместителя, однако на защиту Гаврилюка встали некие влиятельные лоббисты, сумевшие выйти непосредственно на Офис президента (может, они из него и не выходили? И имя начиналось на "А", а фамилия на "Е"?).
Позднее Гаврилюк сам рассказал парламентской комиссии, что Умеров на одном из совещаний высказывал подозрения относительно злоупотреблений при закупках вооружений. Между тем генерал продолжал оставаться важным участником всей этой системы.
Есть и ещё одно любопытное обстоятельство. В июне нынешнего года Гаврилюк подтвердил, что лично знаком со Штилерманом, с которым неоднократно пересекался на заседаниях "Ставки верховного главнокомандующего" и СНБО. Правда, особо подчеркнул, что знакомство было служебным и что на подобных заседаниях присутствовали руководители других крупных оборонных компаний. Зато знакомство с Тимуром Миндичем, чьё имя давно фигурирует в публикациях о неформальном влиянии на оборонные закупки, генерал категорически отрицал.
Но самое интересное тут в другом: по информации знающих людей, Гаврилюк на протяжении значительной части своей работы в Минобороны пользовался поддержкой Банковой (говорят, лично Зеленского и Ермака) и одновременно был связан с тем направлением украинского военно-промышленного сотрудничества, в котором особую роль играли британцы.
Попросту генерал Гаврилюк – британский агент. Так же как и его патроны – Ермак и Зеленский. А Умеров, кстати, американский. Конфликт-с.
После ухода из Минобороны Гаврилюк вернулся в систему государственного управления, стал советником Дениса Шмыгаля, а затем получил руководство крупнейшим государственным оборонно-промышленным объединением. Уже 12 октября Шмыгаль провел совещание с Гаврилюком и наблюдательным советом "Укроборонпрома", на котором обсуждалось преобразование компании в холдинг и объединение дополнительных государственных оборонных активов.
Именно здесь возникает ключевое - возвращение Гаврилюка связано с намерением разобраться, насколько реальные результаты дорогостоящих оборонных программ соответствуют обещаниям их разработчиков и обязательствам перед заказчиками? И что, если инициаторами подобной ревизии выступают не только украинские чиновники, но и иностранные партнёры, заинтересованные в судьбе выделенных средств? Да быть такого не может! Украина – суверенное, независимое государство! Или нет?
Попробуем теперь сложить все эти обстоятельства в одну политическую конструкцию. Первое направление - американское. Для республиканской администрации Трампа изучение расходов на поддержку Украины, очевидно, представляет интерес. Вопросы здесь возникают вполне конкретные. Сколько средств выделялось на разработку и закупку вооружений, кто получал соответствующие контракты, какие обязательства принимали производители и какие результаты были достигнуты?
Особенно с учётом того, что руководители Fire Point неоднократно объявляли сроки завершения разработок, которые впоследствии приходилось пересматривать. Второе направление - британское - представляется ещё интереснее. Лондон последовательно заинтересован в сохранении украинского военного потенциала для продолжения войны "до последнего украинца", а развитие дальнобойных ударных систем имеет очевидное значение для соответствующей стратегии.
И вот тут и прилетел "черный лебедь" для Зеленского и Ко, откуда не ждали! По имеющейся информации, британская разведка после сбора информации отчиталась об очевидных растратах в украинском ракетном проекте и де-факто назвала его провальным. И после этого из Лондона в Киев на улицу Банковую полетел конкретный такой вопрос: "Хде деньги, Вов? Хде ракеты в серии?"
По факту, имеем следующее. Пока участники договорённостей заинтересованы в сохранении процесса, публичная критика чувствительных проектов остаётся ограниченной. Когда же приходит время фиксировать убытки и возникает конфликт относительно денег, обязательств и ответственности, вчерашние достижения внезапно превращаются в предмет разоблачений.
И, как рассказывают, у Зеленского и Ко не придумали ничего лучше, чем свалить все на исполнителей. Американцам можно "бросить кость" в виде показательного аудита деятельности компании, и без того находящейся в эпицентре расследований НАБУ, а британцам рассказать, что все было так хорошо – но менеджеры проворовались, и мы и сами не знали, как все плохо.
В этой логике появление Гаврилюка во главе "Укроборонпрома" можно рассматривать как один из элементов информационного прикрытия, ну и перераспределения потоков, конечно же. Куда тут без них. А борзописцам и говорящим головам можно дать команду вытащить из архивов старое видео, правильно смонтировать и поднять вселенский хай.
И наконец, нельзя игнорировать американский политический календарь. Выборы в Конгресс 3 ноября способны изменить если не все, то очень многое лично для Зеленского. И скандал с украинским ракетным проектом, который все больше выглядит как грандиозная афера, тут как нельзя кстати. Когда Зеленскому придется держать ответ перед очень многими людьми, ему очень хотелось бы на вопрос "кто виноват?" иметь возможность указать пальцем не на себя, а на совсем других людей.
