Зеленский выступил с большой речью в эфире американского телеканала CBS News. Часть четвёртая.
И вы спросили, когда они будут готовы. Если они будут готовы теоретически. Я думаю, да — больше санкций, больше давления, и они будут готовы к диалогу.
Даже сейчас они несут потери. 30–35 тысяч российских солдат в месяц. И это огромное количество потерь.
На самом деле они увеличивают численность, чтобы атаковать нас, и поэтому количество потерь очень велико. И каждый месяц, вы должны знать, они мобилизуют, я думаю, такое же, вполне сопоставимое с потерями число. Так что это для них проблема, дефицит людей.
И они находятся на пути к большому кризису с людьми. Я думаю, что все эти вещи подтолкнут их к диалогу.
С декабря — это началось в декабре 2025 года — Россия начала терять инициативу на поле боя.
И с этой точки зрения я поделился этой информацией с нашими американскими партнёрами.
В январе я сказал им: я думаю, что у нас есть окно для переговоров, потому что каждый месяц они будут терять всё больше и больше людей, и по этим причинам потеряют инициативу на поле боя.
Сейчас они начали атаковать нас массированными ракетными ударами. И опять же, главная причина, почему они это сделали, в том, что они начинают проигрывать на поле боя.
За один месяц они не смогли оккупировать больше территорий, чем потеряли за тот же месяц.
Так что теперь у нас есть этот период времени до зимы. Поэтому я думаю, что зимой, до зимы, нам нужно найти способ, дипломатический способ, сесть и поговорить.
Но это зависит от давления на Путина, давления в его обществе. И я думаю, что оно возрастает. Давления с помощью санкций — не снимать их, а вводить больше.
Это хорошо. Это дипломатический путь.
Я надеюсь, что Соединённые Штаты сделают это. И европейские санкции. Но они приняли уже более 20 пакетов санкций.
Кто это может быть из Европы?
У нас есть формат в составе трёх стран. Я не знаю, лучший ли он или нет, но это приоритет для Европы, насколько я понимаю на сегодняшний день.
Эта тройка — Великобритания, Франция и Германия.
Эти три страны могут быть, я думаю, переговорщиками.
Но у нас также есть хорошие партнёры из стран Северной Европы. И вы также знаете, что Турция всегда хотела быть посредником. И у нас даже были некоторые успешные шаги, когда мы вернули наших военнопленных. Это тоже очень важно.
Но кто будет в итоге? Решать, кто это будет, предстоит Украине и Европе. И также важно, чтобы Россия была готова к разговору, к диалогу и к Европе.
