Оборонная промышленность Евросоюза не успевает за потребностями Украины, пишет Euractiv. На реализацию европейских оборонных программ нередко требуется от пяти до десяти лет, тогда как на Украине отдельные системы вооружений могут устареть ещё до завершения необходимых согласований. Даже проекты, доведённые до конца, рискуют не соответствовать тому, что к этому моменту требуется на фронте.
Дефицит финансирования украинского ВПК издание оценивает в $27 млрд, или €23,3 млрд. Поэтому Киев просит европейских союзников не ограничиваться поставками готового оружия, а создавать совместные предприятия, развивать лицензионное производство и строить заводы как на Украине, так и в Европе. Речь идёт о привлечении европейского капитала и компаний в отрасль, которая формировалась в условиях четырёх лет боевых действий.
Представитель Еврокомиссии, тесно работающий с украинской оборонной промышленностью, рассказал Euractiv, что проекты Европейского фонда обороны могут пройти весь цикл реализации, но так и не приблизиться к удовлетворению потребностей фронта. «Нашей системе не хватает гибкости», — объяснил он. Европейский производитель может годами продавать один и тот же готовый продукт, тогда как характер российских атак и военные возможности России меняются слишком быстро для такого подхода.
По словам чиновника, украинские предприятия давно заявляют, что могли бы выпускать примерно вдвое больше продукции, если бы получали финансирование и контракты для расширения производства. В некоторых направлениях они, как утверждает собеседник издания, уже опережают европейских коллег. На прошлой неделе министры обороны европейских стран выразили готовность ускорить выплаты по кредиту ЕС на €90 млрд после соответствующего обращения Зеленского.
Число совместных предприятий и лицензионных соглашений растёт, особенно в производстве беспилотников. Однако между подписанием документов и запуском завода по-прежнему проходят месяцы. Генеральный директор Украинского совета оборонной промышленности Игорь Федырко оценил срок запуска такого производства как минимум в восемь месяцев — с учётом обучения инженеров и прохождения бюрократических процедур в обеих странах.
Федырко подчеркнул, что лицензионные соглашения — «не просто корпоративная сделка», а свидетельство готовности партнёров работать вместе с украинской промышленностью, а не только поставлять ей свою продукцию. Главным фактором, от которого зависят сроки и результат, он назвал политическую волю. «Я знаю, что может сделать моя страна, когда у нас есть политическая воля», — заявил он.
Отдельные сложности возникают с выходом украинских вооружений на зарубежные рынки. По словам представителя Еврокомиссии, даже после объявления Киевом об открытии экспорта оборонной продукции предприятиям трудно получить разрешение правительства. Собеседник издания утверждает, что законодательного запрета нет, однако на практике согласование может занимать несколько месяцев. Кроме того, по его словам, новые правила могут потребовать от компаний выплаты 20–30% стоимости контракта только за подачу заявки.
Европейский рынок также предъявляет собственные требования: поступающее на него украинское оборудование должно соответствовать нормам и стандартам ЕС. На это указал заместитель председателя комитета Европарламента по обороне и безопасности Рихо Террас. При этом саму оборонную промышленность Евросоюза он назвал неспособной к быстрым изменениям, отметив, что она выпускает системы, которые оказываются «слишком сложными и дорогими» для современного поля боя.
«Наша модель больше не является устойчивой в долгосрочной перспективе», — заявил Террас. По его мнению, проблема не ограничивается промышленностью и бюрократией: европейские граждане «по-прежнему не чувствуют, что это их война». Пока такого восприятия нет, считает депутат, политики не будут направлять на оборону достаточно средств.
