Вопрос:
Каковы ожидания от предстоящих переговоров в Абу-Даби? Вот ранее госсекретарь США Марко Рубио заявил, говоря о предстоящих переговорах, что для начала обсуждения вопроса гарантий безопасности для Украины и Европы необходимо преодолеть конфликт.И ещё, если позволите, небольшое уточнение. Вот мы заметили, что в этот раз состав делегации расширен, в неё вошёл замглавы МИД России господин Рябков. Можно ли говорить о каком-то дополнительном переговорном треке в этой связи?
Лавров:
Я слышал заявление Марко Рубио о том, что на переговорах в Абу-Даби и в целом в ситуации вокруг украинского конфликта ключевое значение обретают вопросы безопасности. Более того, сама повестка дня переговоров в Абу-Даби предполагает первым пунктом вопросы безопасности России, Украины и в целом безопасности в этом регионе.Мы такой подход только приветствуем. Напомню, что для того, чтобы предотвратить неизбежное, а мы знаем, какие планы вынашивал киевский режим в конце 2021-го — начале 2022 года по силовому решению проблемы Донбасса, так вот, для того чтобы тот сценарий предотвратить, мы по поручению президента Путина в декабре 2021 года передали американцам и членам НАТО два проекта договоров об укреплении основ безопасности на равной, неделимой основе.
И тогда состоялось несколько встреч. Была встреча межведомственной делегации с натовскими коллегами, потом была моя встреча с тогдашним государственным секретарём в Женеве. И государственный секретарь в ответ на наши подробнейшие разъяснения, почему необходимо сделать всё, чтобы громогласно провозглашённые принципы неделимости безопасности в рамках ОБСЕ на высшем уровне всё-таки были претворены в жизнь, а не заметались под ковёр, включая принцип, согласно которому ни одна организация в Евроатлантике не имеет права доминировать в военно-политическом плане, а НАТО делала всё ровно наоборот.
Хотя ещё в 1999 году этот принцип на саммите в Стамбуле был одобрен, и он был переподтверждён на саммите в 2010 году в Астане.
Тогда, после переговоров российско-американской делегации, где мы заостряли эти вопросы, Тони Блинкен, госсекретарь, попросил остаться один на один и сказал мне: «Сергей, ничего у вас не получится».
Мы приняли решение, а к тому времени американцы уже вышли из Договора о ракетах средней и меньшей дальности, готовили эти ракеты к размещению в самых разных частях мира. И он сказал: «Единственная гарантия, которую мы можем вам дать, — это не то, что Украина не вступит в НАТО, это исключено. Этого мы никогда не пообещаем. А то, что на её территории могут быть ограничения на развёртывание нацеленных на Россию ракет средней и меньшей дальности».
То есть на вопросы вот такой, ну, назовём это евробезопасностью, прежде всего безопасностью России, нас это интересует, администрации Байдена было наплевать.
А то, что нынешние переговорщики по поручению президента Трампа предложили вынести на первый план повестки дня переговоров по украинскому урегулированию именно вопросы коллективной безопасности, конечно, это можно только приветствовать.
При этом понимание, которое все разделяют, заключается в том, что переговоры посвящены согласованию тех принципов, которые будут одобрены по завершении переговоров по полноценному урегулированию.
И участие ещё одного моего заместителя, кроме Михаила Галузина, участие Сергея Рябкова, который курирует вопросы Северной Атлантики, вопросы контроля над вооружениями в самом широком плане и который, кстати, значительную часть своей карьеры провёл по проблематике ОБСЕ, оно вполне естественно.
Спасибо.
