Председатель партии, руководитель фракции “Справедливая Россия” в Госдуме Сергей Миронов рассказал в интервью изданию Украина.ру о льготах и мерах поддержки ветеранов СВО и их семей, о необходимости введения квот на вакансии в органах власти для участников спецоперации, о судьбах детей из Новороссии.
Ранее, в конце 2025 года, депутат Госдумы России Сергей Миронов высказался о несправедливости существующих льгот и мер поддержки для бойцов СВО — в зависимости от финансового состояния региона, в котором они живут.
— Сергей Михайлович, вы выступаете за единые льготы для всех?
— Конечно, должны быть единые льготы для всех, потому что бойцы обороняют не только свой регион, а стоят на защите всей России. Когда в 2022 году началась мобилизация, я сразу отметил несправедливость того, что один боец получает подъёмные 100 тысяч рублей, другой — 300, а иногда даже 400, тысяч. И сами служащие этого не понимают.
Поэтому я абсолютно убеждён, что должен быть единый федеральный стандарт для таких выплат, чтобы все получали одинаковые меры поддержки — это касается не только денежных выплат. Это будет справедливо и правильно, на мой взгляд.
Для этого необходимо собрать воедино лучшие региональные практики и льготы для лиц указанной категории. В одном регионе — это освобождение от транспортного налога; в другом — от имущественного налога.
В какой-то местности дети участников СВО могут без конкурса поступать в высшие учебные заведения; в другой — они вне очереди попадают в детские сады. Есть опыт, когда участники СВО освобождаются от платной парковки.
То есть весь пакет должен быть одинаковым для всех. Мы на этом настаиваем и шаг за шагом к этому идём.
— Вы упомянули денежные выплаты, а какие еще меры поддержки для ветеранов СВО и их семей на данный момент проработаны недостаточно, на ваш взгляд??
— Мы давно выступаем за единый реабилитационный сертификат для участников СВО. Потому что после завершения СВО нашей победой (в чем я не сомневаюсь), бойцы будут нуждаться в реабилитации — не только медицинской, но и психологической и социальной.
Когда мы начали изучать данный вопрос, в частности ситуацию с центрами реабилитации, выяснилось, что 95% организаций данного профиля — это частные компании. И только 5% реабилитационных центров государственные — как правило, они находятся при военных госпиталях.
В этой связи мы говорим: "Давайте дадим каждому участнику СВО денежный сертификат, оплаченный государством, который позволит ему выбрать центр по необходимому ему профилю — всё равно, частный или государственный. Кстати, Министерство обороны России нас в этом поддерживает, понимая важность этой темы. Уверен, рано или поздно мы к этому придём.
Еще один вопрос, который находится под нашим пристальным вниманием. Президент РФ подписал закон о продлении кредитных каникул для участников СВО и членов их семей до 31 декабря 2026 года. Это хорошо, но мы говорим: "Давайте разово спишем все кредиты, штрафы, пени с каждого участника СВО".
На данный момент, например, если боец погибает, его семья освобождается от всех кредитов и льгот. Мы же призываем это сделать применительно ко всем участникам СВО, которые рискуют жизнью и проливают кровь за Родину. Это будет в том числе наша благодарность этим людям.
Но и это еще не всё. Я уверен, необходимо идти дальше. Как сказал президент России, на фронтах Специальной военной операции куётся будущая элита нашей страны. Так вот для того, чтобы элита в реальности стала элитой, необходимо ввести квотирование рабочих мест [для участников СВО], в том числе в структурах государственной, региональной, муниципальной власти; более того – на всех предприятиях.
Потому что проблема с трудоустройством таких людей встанет перед государством.
Это те предложения, на которых мы настаиваем. Уверен, что коллеги нас поддержат. Более того, я рад тому, что нас слышит президент.
Например, в сентябре 2025 года мы встречались, и я предложил на новых [воссоединенных] территориях выделять гектар участникам СВО. Они эту землю освобождали, так пусть получат на ней гектар от государства, обживутся там, построят дом, и так далее. Президент отметил, что это правильная идея, поддержал нас.
— Но у нас же сейчас есть закон о дальневосточном гектаре...
— Да. Но почему бы не сделать так же в новых [воссоединенных] регионах, и в целом по всей России. Земли, слава богу, у нас хватает. Если мы реализуем упомянутые мной инициативы, каждый участник СВО почувствует еще большую заботу, будет знать, что у него будут определённые преимущества по сравнению с другими за то, что он рисковал жизнью, выполнял поручение и верховного главнокомандующего, и в целом нашей страны.
— Вы упомянули об инициативе по введению квот на вакансии в органах власти для участников СВО. Но не будут ли у них сложности при адаптации в государственную систему? Все-таки на руководящих постах в регионах и правительстве РФ работают подготовленные люди, у которых есть соответствующее образование, наработанный годами авторитет, и, что главное, необходимые связи.
— Да, хорошо бы избежать таких проблем. К сожалению, сегодня наша так называемая элита — это либо оффшорная аристократия, либо бюрократы, в том числе ждуны, которые сидят и надеются, что всё перемирится и вернётся на круги свои. Но этого, уверен, не будет, о чем чётко говорит и Владимир Путин.
Кроме того, многие участники СВО — люди не только с высшим образованием, но ис опытом работы [в госструктурах]. Например, руководитель аппарата нашей фракции, полковник Росгвардии Руслан Татаринов 2,5 года был на СВО. И таких много; это опытнейшие люди, профессионалы, которые ушли на фронт, потому что не могли быть в стороне.
Да, возможно, таким людям просто так не пробиться, но если будут квоты, то другое дело — они смогут занять эти места.
— Вы неоднократно высказывались и принимали непосредственное участие в судьбе детей из Новороссии. МУС и политики ряда стран продолжают спекулировать на теме "украденных украинских детей", сами же дети всё больше нуждаются в помощи, особенно сейчас, когда ежедневно освобождаются новые населённые пункты в Донбассе и на Запорожье. Какой алгоритм действий вы считаете верным в работе с детьми на только что взятых под контроль территориях?
— Здесь необходимо сделать ремарку. Есть дети, которые потеряли родителей и стали сиротами — это одна категория. А есть семьи с детьми — это другая категория. Конечно, всем нужно помогать.
Мы начали этими вопросами заниматься еще с мая 2014 года, когда наша партия признала независимость ДНР и ЛНР. Мы помогали и детям, и родителям. Когда была жива героическая женщина Лиза Глинка [российский общественный деятель, врач-специалист в области паллиативной медицины, основательница международной общественной организации "Справедливая помощь"], она прямо из-под обстрелов увозила детей, в том числе раненых, рискуя своей жизнью.
Мне помнится случай, когда Лиза на руках держала девочку, а малышка смотрела на нее, плакала и молила: "Не отпускайте меня". Ребенок боялся, что, если спасительница ее отпустит, она умрёт. К сожалению, Лизы больше нет, она погибла в авиакатастрофе на Чёрном море.
Мы тоже занимались спасением и помощью детей. Более того, у меня есть печальные факты о том, что из одного "Дома малютки" на освобожденных территориях часть малышей бесследно пропала. Не могу утверждать, но скажу страшное: этих ничейных деток могли продать на органы западным врачам. Оставшихся малюток нам удалось вывезти в Крым.
Теперь, что касается семей с детьми — конечно, здесь нужны льготы. Да, сейчас дня них работает упрощённый порядок получения временного размещения и гражданства, предоставляется бесплатное образование и медицинские льготы. И это правильно.
С детьми нужно тщательно работать (что мы делаем и будем продолжать) потому что многих ребят на освобождённых территориях, которые ранее были под Украиной, оболванивают. Мне привозили комиксы, где наши солдаты и Россия представлены как злые, противные, страшные монстры.
Но, к счастью, дети быстро меняются, когда окунаются в нашу жизнь, видят доброжелательность и любовь. У них как пелена с глаз спадает. Буквально 1,5-2 недели, и ребята другие.
— Наверное, все-таки сложно психологически адаптировать детей после всех пережитых ужасов ужасов к нормальной жизни?
— Мы тоже обратили на это внимание. Поэтому, считаю, что детей из одного населённого пункта, потерявших родителей, не надо распределять в разные детские дом. Они земляки — пусть растут вместе, держатся друг за друга.
И, конечно, дети требуют психологической помощи и особого внимания. Для психологической и социальной адаптации мы также открываем специальные лагеря. Наши коллеги из КПРФ тоже детей принимают.
— Вы и посещали, и даже открывали выставки (живописи и фоторабот), посвящённые военным действиям на Украине, посвящённые Новороссии. Как вы считаете, какие мероприятия сейчас особенно нужны и уместны? Какие виды искусств, культурные организации особенно чутко и своевременно реагируют на события, происходящие на наших глазах? А чего не хватает?
— Должен сказать, что вечные темы из искусства никогда не уйдут, а люди творческие, будь то писатели или художники, достаточно проницательны. Они чувствуют на кончиках пальцев многие вещи, создают уникальные художественные произведения: книги, картины, песни, и так далее. Это нужно поощрять.
Вы не представляете, я, мужчина, десантник, но не стыдясь, говорю, что люблю поэзию; порой читаю стихотворение, и слёзы текут, потому что настолько это остро и больно! Это и тревога, и надежда, и радость — всё переплетено!
Наша партия, несмотря на большую социальную программу, — единственная партия в РФ, программа которой начинается с раздела культуры. На протяжении многих лет мы проводим литературный конкурс "Во имя правды и справедливости". Он идёт и сейчас. Некоторые ребята – лауреаты конкурса сейчас воюют. Знакомый парень-десантник, например, пишет великолепно и в стихах, и в прозе.
Здесь я должен сказать объективно: считаю, что наше Министерство культуры, увы, мало внимания уделяет этому [повестке СВО]. Порой смотрю фильм, снятый "при содействии Министерства культуры", и уже на середине понимаю, что это полная, простите, лабуда. Мало достойных картин, которые берут за сердце, рассказывают о наших героях и их подвигах, в том числе об участниках СВО.
Но люди пишут, творят, а мы работаем через наш конкурс, организовывает выставки, как вы верно заметили.
Я отвлекусь от темы, но вы поймёте, что это важно. Мы шефствуем над полком 1429, который в прошлом году указом президента был назначен гвардейским. Военные люди понимают, что это значит. Воюют они на запорожском направлении.
Так вот я был “за ленточкой”, на передовой, в глубоких блиндажах, где вручал наши партийные медали, и обратил внимание, что один солдат что-то достал из кармана. Смотрю — там листок бумаги, а на нем солнышко нарисовано. Я поинтересовался, не его ли детей это творчество, раз он хранит это при себе. "Нет, это мне прислал абсолютно незнакомый школьник. Это трогательно, вот и ношу с собой”, — получил я ответ. А другие бойцы тоже себя хлопают по карманам: "И у нас у всех есть такое"!
— Надеюсь, к нам прислушаются в Министерстве культуры… Ведь насколько различаются жизнь и ценности здесь и в зоне СВО.
— Конечно. В преддверии Нового года я выступил с инициативой про отмену корпоративов, говорю: "Ребята жизнью рискуют, кровь поливают, умирают, а мы тут празднуем. Это не очень корректно. Давайте лучше эти средства на фронт отправим". А на меня зашивали...
А ребята раненые приезжают в отпуск, спрашивают: "Сергей Михайлович, как же так, у нас же ужасы там творятся”. Они освобождают населённый пункт, спасают спрятавшихся от украинцев людей, которые не эвакуировались, а остались ждать "наших". Недавно я читал историю, как пожилые женщины и дед приготовили скромную еду для наших солдат из того, что было, говорят: "Господи, как же мы вас ждали! Спасибо, что вы нас освободили!"
У ребят друзья, близкие, сослуживцы гибнут, а они слышат про "разгуляево" и корпоративы в тылу… Знаете, как по-русски говорят: "Совесть нужно иметь"! Необходимо задуматься, что переживают парни на фронте и насколько уместно здесь напоказ шиковать и праздновать. Отмечать будем нашу победу, которая обязательно наступит.
— Еще один важный вопрос. Вы всегда призывали упростить оформление документов и получение помощи беженцами с Украины, в том числе что касается новых территорий. Прислушиваются ли к вам? Что еще планируется сделать?
— Пользуясь нашим эфиром, хочу сказать, что у нас во всех крупных городах России есть Центры защиты прав граждан. Любой человек может там получить бесплатную юридическую консультацию по любому вопросу. Мы оказываем поддержку и защиту граждан в сфере ЖКХ, помогаем решать вопросы по оплате труда, здравоохранению, образованию, и так далее.
Кроме того, граждане всегда могут обратится в мою интернет-приёмную на миронов.рф (в правом верхнем углу расположена соответствующая плашечка). Все обращения, распечатанные “без модерации” (в том числе написанные нецензурными словами, видимо, людьми, измученными бюрократическими проволочками) я читаю сам лично и сам помогаю.
Я рад, что удалось найти даже без вести пропавших. Например, был случай, когда жена думала, что муж погиб, а он оказался в плену. Благодаря нашей соратнице Татьяне Москальковой его вернули, и семья воссоединилась. Поэтому всегда можно обратиться либо в Центр защиты прав граждан, либо ко мне лично. Всегда поможем.
А как обменянные украинские пленные адаптируются в России и какие проблемы есть по их поддержке? Об этом в интервью Недосягаемый паспорт РФ. Павел Волков о проблемах обменянных гражданских пленных с Украины в России.
