Очень интересные события происходят на Украине, которые на первый взгляд выглядят совершенно ординарными, какими-то пустыми заявлениями или проходными обстоятельствами, но на деле складываются в довольно плотную и совсем не случайную картину.
И в очередной раз приходится говорить о так называемой конспирологии, которая на самом деле никакая не конспирология, а вполне конкретные процессы, происходящие за закрытыми дверями и под ковром, если угодно.
Началось всё с заявления Зеленского, который сообщил, что Россия через американцев якобы выдвинула новые требования. Суть этих требований, по его словам, сводится к необходимости принятия фундаментальных решений, прежде всего связанных с отводом украинских сил с территории Донбасса в течение двух месяцев. В противном случае условия мирного урегулирования, как было озвучено, станут жёстче. И, что важно, похожие намёки действительно звучали со стороны российского представителя при ООН на минувшей неделе.
На первый взгляд это можно было бы списать на привычную риторику и попытку давления со стороны Киева на европейских партнёров. Однако здесь появляется важная деталь, которая меняет восприятие происходящего. Практически одновременно с заявлениями "пианиста" состоялся визит Кайи Каллас, который формально выглядел как стандартное мероприятие в рамках европейской повестки, но по факту оказался куда более показателен.
Каллас, которую обычно воспринимают как достаточно лояльную и даже комфортную для Киева фигуру, на этот раз выглядела совершенно иначе. Тон был жёсткий, почти канцелярский, без привычной политической риторики поддержки. И ключевое её заявление прозвучало предельно прямо. Она не смогла назвать никаких сроков возможного вступления Украины в ЕС. Формально это не новость, подобные сигналы уже звучали и от еврокомиссара по расширению, и через инсайды в западных медиа, но здесь важна подача. Это уже не осторожная дипломатия, а констатация.
По сути подтверждается коллегиальная позиция европейских столиц. Речь идёт не только о Венгрии или Словакии. Внутри ЕС формируется общее понимание того, что перспектива членства Украины в обозримом будущем отсутствует. Путь декларируется, но конечная точка не определена. Свет в конце тоннеля не просто отдалён, он не просматривается.
Ещё более показательной стала тема так называемого недорепарационного кредита на девяносто миллиардов евро. Именно вокруг него строилась значительная часть ожиданий Киева, хотя и значительная доля этих средств в любом случае должна была остаться внутри Европы, уйдя европейским производителям вооружений. Однако Каллас фактически признала, что решение по этому вопросу не найдено. Более того, складывается ощущение, что оно не может быть найдено в принципе.
До последнего времени европейская риторика сводила проблему к позиции Венгрии и лично Орбана, который блокирует процесс, увязывая его с вопросами энергетики, в частности с темой нефтепровода "Дружба". Но сейчас становится очевидно, что дело не только в этом. Даже если предположить, что давление на Будапешт будет усиливаться, и такие попытки, судя по всему, уже предпринимаются, это не гарантирует решения.
И вот здесь как раз появляется более широкий контекст. На фоне всех этих заявлений становится заметно, что европейские элиты начинают корректировать свои ожидания и стратегию. Поддержка Украины сохраняется на уровне риторики, но реальные инструменты, деньги, сроки и обязательства становятся всё более размытыми.
И в этой логике заявления Зеленского о жёстких условиях и сжатых сроках уже выглядят не просто элементом политической игры, а реакцией на меняющийся баланс. Потому что за внешней картиной дипломатической активности начинает проступать куда более жёсткая реальность, в которой пространство для манёвра у Киева стремительно сужается.
И, точно, в европейских столицах всё-таки начали чувствовать, что ситуация становится куда более напряжённой, чем это выглядело ещё совсем недавно. И дело здесь не только в политике, но и в экономике, причём в самой чувствительной её части. Топливный рынок, за последний месяцы показал резкий рост цен в связи с известными событиями в Иране и вокруг него, в ряде случаев почти кратный. И на этом фоне всё меньше уверенности в том, что прежние финансовые обязательства перед Киевом будут выполнены в полном объёме.
Тем более что параллельно развивается ещё один важный сюжет. Венгрия, судя по всему, удерживает свою позицию, и сценарий с переизбранием Орбана остаётся вполне вероятным. Попытки раскачать ситуацию внутри страны, организовать протестную активность и создать давление на Будапешт, как можно судить по косвенным признакам, не дают ожидаемого результата. Более того, венгерские власти достаточно жёстко реагируют на подобные процессы.
Это означает, что блокировка ключевых финансовых решений может сохраниться. И даже если допустить, что вопрос с энергетикой, включая тему нефтепровода, будет частично урегулирован, это не гарантирует автоматического разблокирования финансирования. Потому что всё больше признаков того, что проблема выходит за рамки одного государства или одного политического решения.
Да, и вообще, всё выглядит так, что внутри Евросоюза начинают пересматривать саму готовность продолжать финансирование в прежних масштабах. Причины здесь вполне прагматичные. Энергетический кризис тянет за собой цепочку последствий. Дорожает сырьё, страдает нефтехимия, растут издержки в производстве удобрений, а значит с лагом в год начинает проявляться давление на продовольственный рынок. Инфляционные риски усиливаются, и для ряда стран они могут выйти за рамки управляемости. Да и инфляция способна разогнаться в еврозоне до галопирующего темпа.
В таких условиях выделение десятков миллиардов внешнему получателю уже не выглядит приоритетом. Тем более что параллельные попытки найти альтернативные источники финансирования также, по сути, зашли в тупик. Инициатива с привлечением стран G7 или других коалиций для покрытия этих потребностей фактически исчезла из повестки. О ней просто перестали говорить.
И вот на этом фоне вся конструкция, которая ещё недавно выглядела как устойчивая система поддержки, начинает постепенно размываться. Формально она сохраняется, но реальные ресурсы, сроки и механизмы её реализации становятся всё более неопределёнными. И это уже не вопрос отдельных заявлений, а признак более глубокого разворота внутри самой европейской политики.
А все потому, что нет никакой альтернативы этому самому недорепарационному кредиту и тем самым десяткам миллиардов, на которые Киев рассчитывал в двадцать шестом и двадцать седьмом годах. Беда и с другими программами макрофинансовой помощи. Украинская сторона системно не выполняет взятые на себя обязательства, а международные финансовые институты, как европейские, так и глобальные, неожиданно перестали играть в привычную игру с политическими скидками и всё чаще переходят к сухому бухгалтерскому разговору, где формула предельно простая: обязательства не выполнены, значит денег не будет, и в результате финансовые потоки, на которые рассчитывали в Киеве, либо задерживаются, либо вовсе не поступают, что само по себе уже является приговором для режима.
И здесь возникает куда более жёсткий вопрос, который, судя по всему, начинают понимать во всех ключевых столицах, от Брюсселя до Вашингтона и от Лондона до Пекина: не являются ли те самые условные два месяца тем самым горизонтом, после которого украинская финансовая система начинает фактически обнуляться, потому что мы уже слышали нервные заявления главы бюджетного комитета Гетманцева, сигналы от Министерства финансов и других официальных лиц, и все они сходятся в одном, к началу лета у государства могут закончиться средства даже на базовое функционирование, не говоря уже о полном обеспечении военных расходов, которые и без того держатся исключительно за счёт внешнего финансирования.
При этом даже в оптимистичном сценарии с поступлением внешних средств большая их часть тут же уходила бы на обслуживание прежних обязательств, прежде всего перед тем же Международным валютным фондом и другими кредиторами, а если поступлений нет, то автоматически возрастает риск уже не технического, а полноценного дефолта, который закроет для Киева любые традиционные каналы заимствований, оставив только экстренные и политически мотивированные схемы, но и они, как видно, начинают давать сбой, потому что даже уже одобренные решения по финансированию зависают и не реализуются.
И на этом фоне позиция Будапешта и Братиславы неожиданно превращается из раздражающего фактора в удобное прикрытие для всей европейской бюрократии, потому что всегда можно сослаться на блокировку, на внутренние разногласия, на Орбана или Фицо, хотя всё больше признаков того, что дело уже не в них, а в отсутствии реальной готовности выделять эти средства в принципе, тем более что экономическая ситуация в самом Евросоюзе стремительно ухудшается, энергетический фактор давит на рынки, инфляционные риски растут, и ресурсы начинают перераспределяться внутрь собственных экономик.
Дополнительным фактором становится ближневосточная турбулентность, которая усиливает давление на сырьевые рынки, разгоняет цены на нефть и одновременно обрушивает фондовые индексы, и в этой логике любые расчёты по прежним бюджетным моделям теряют актуальность, потому что, например, рост цен на нефть автоматически усиливает позиции России в части бюджетных доходов, создавая дополнительный запас прочности, тогда как для Украины это означает удорожание импорта и дополнительное давление на экономику.
На этом фоне заявления Дональда Трампа о том, что это не его война и что прежняя администрация потратила сотни миллиардов впустую, выглядят не просто риторикой, а сигналом к возможному пересмотру всей логики участия США, включая даже те программы, которые формально предусматривали поставки за деньги, потому что политическая мотивация в таких решениях играет не меньшую роль, чем экономическая.
И если к этому добавить появляющиеся косвенные признаки сухопутной операции против Ирана, то общая картина начинает складываться в совершенно иную конфигурацию, где ресурсы и внимание точно будут перераспределены в сторону другого театра венных действий.
В итоге складывается ситуация, при которой Киев оказывается в крайне узком временном окне (те самые два месяца), когда одновременно сжимаются финансовые возможности, политическая поддержка становится менее предсказуемой, а внешние факторы начинают работать против прежних сценариев.
Это уже не просто чёрный лебедь, это целая стая чёрных лебедей, нависающих над Киевом, и в этой ситуации главный вопрос предельно простой, пойдёт ли Зеленский на те условия, которые, по его же словам, продвигаются через американцев, или попытается тянуть время до последнего? И если честно, я сильно сомневаюсь, что он готов принять эти условия в их текущем виде, но при этом совершенно очевидно, что к какому-то жёсткому сценарию в Киеве всё-таки готовятся.
И вот здесь начинается вторая, куда более интересная часть всей этой истории, которую можно было бы назвать конспирологией, если бы она не укладывалась слишком уж логично в наблюдаемую динамику событий, потому что всё больше признаков указывает на то, что Киев и Лондон ожидают от Вашингтона не просто давления и не юридических шагов по антикоррупционной линии, а гораздо более резких действий, причём действий, вплоть до попытки свержения Зеленского.
Создаётся ощущение, что началась игра на опережение, где каждая сторона пытается подготовиться к возможному сценарию дестабилизации, и по этой логике в Киеве вполне могут ожидать сигнала извне, который будет адресован не публичным политикам, а определённым силовым группам внутри страны.
И здесь всплывает крайне показательный момент, связанный с ситуацией внутри украинских спецслужб, потому что, по имеющейся информации, именно в Главном управлении разведки МО начались достаточно жёсткие кадровые чистки, причём под удар попали те офицеры, которые ассоциировались с ушедшим на Банковую Будановым*, и речь идёт не о единичных решениях, а о массовых действиях, когда десятки людей лишаются статуса и выводятся из системы. И стоит за всем этим, конечно же, новый глава ГУР МО Иващенко, и его новые лондонские кураторы (помните непубличную встречу Иващенко в январе с министром обороны Великобритании?)
Еще интереснее не афишируемая история про увольнение одним махом аж 62 двух замов главы ГУР МО (всех их назначал Буданов*), состоявшееся недавно.
Зеленский и Иващенко явно готовятся к американской атаке и вычищают ГУР от всех проамериканских элементов.
И это уже явное указание на ожидание верхушкой киевского режима, что сейчас американцы начнут их сносить Всё это, конечно, пока остаётся на уровне предположений и косвенных признаков, но сама совокупность этих признаков выглядит слишком системной, чтобы её игнорировать, и особенно показательно, что все эти процессы по времени совпадают с теми самыми финансовыми проблемами, которые начнутся через те самые два месяца.
*Внесен в РФ в список экстремистов и террористов
