"Так воевать можно до бесконечности": Разработчик гиперзвукового оружия не побоялся сказать правду, которую скрывают генералы

СВО идет пятый год и конца ей не видно. Что нужно, чтобы в войне произошел перелом? Чему можем поучиться у того же Ирана? Об этом Царьград поговорил с одним из разработчиков гиперзвукового и высокоточного оружия, заслуженным испытателем космической техники, доктором технических наук, полковником Воздушно-космических сил в отставке Владимиром Евсеевым.

Стратегия войны на истощение

Евсеев признался, что его, как военного специалиста и учёного, в последнее время в открытую спрашивают о трудностях победы над националистами на Украине.

Царьград: И что вы отвечаете?

Владимир Евсеев: Отвечаю, что, конечно, победим, но пути к победе могут быть разные по планированию, затратам и эффективности. И что называть победой в этом случае? В нашей офицерской среде не принято критиковать свою армию.

Ребята, которые находятся на передовой, делают все, что можно, – они герои. Рискуя жизнью, научились воевать от генерала до рядового бойца, проявляют смелость, находчивость и нашу русскую смекалку. У меня есть вопросы к Генеральному штабу: почему выбраны такие формы ведения войны, когда малыми силами наши идут в наступление на каком-то участке? Где планирование стратегических операций?

– С мест говорят, что больше сил и не нужно. Иначе просто больше погибнет, и всё. В небе туча дронов, они выкосят всю технику и личный состав.

– С развитием средств вооружения и методов ведения войн должны изменяться тактика, оперативное искусство и стратегия планирования оборонительных и наступательных операций. Значит, эти стратегические операции надо планировать так, чтобы обеспечить уверенную победу – в условиях текущей политики, состояния экономики, подготовки и оснащения войск, их морального духа. Вот тогда и не выкосят. Это вопрос к генералам.

Стратегия выстраивается так: формулируется цель войны или стратегической операции, её замысел, под неё рассчитываются средства достижения целей на каждом этапе и методы ведения боевых действий. Денацификация и демилитаризация Украины – это политические цели. Они совершенно правильные, но это не военная стратегия. Хотелось бы узнать, кто её сформулировал и в каком виде?

– Может быть, она засекречена?

– Я не всё могу говорить и не всё знаю. Скорее всего, им приказано вести войну именно вот так, как она идёт, – не планируя стратегических операций, а по сути на истощение. Но одним тактическим звеном – малыми силами, иногда группами по 5 человек от дома к дому, от посёлка к посёлку – войны не выигрываются.

– Как могла бы выглядеть стратегическая операция в современных условиях? Допустим, поставлена задача взять Киев. Как её воплотить?

– Так уж сразу и Киев? Для ближайшей цели хотя бы Харьков возьмём. Стратегическая операция – это комплекс мер. Проводятся разного уровня разведывательные мероприятия. Планируются и наносятся мощные дистанционные удары – авиационные, ракетные, артиллерийские на всю глубину обороны и по тылам противника.

Предварительно выбивается его транспортная система (логистика), перекрываются пути снабжения. Например, частью Курской битвы в 1943 году была операция "Рельсовая война" (таким образом партизаны блокировали доставку немцами военных грузов и пополнение личного состава, тем самым отвлекали их силы и ресурсы). Продумывается собственная логистика – обеспечение наступающих частей.

Стратегическая операция начинается одновременно на нескольких участках, как правило, обеспечиваются прорывные направления с выходом в тыл противника, ведётся охват его группировки. Наносятся отвлекающие удары.

Стратегическая операция всегда совершается большими силами. Тот же Киев в 1943 году освобождали несколько армий – 730 тысяч человек.

1943 год. Битва за Киев. Форсирование Днепра. Фото VICTORYMUSEUM.RU

– Тогда не было дронов.

– Для отражения одновременного массированного наступления, ведущегося большими силами с разных сторон, у противника не хватит ни дронов, ни дроноводов. Опять-таки Генштаб должен предпринять меры, чтобы их максимально нейтрализовать.

– Примерно так, как это делали ВСУ во время вторжения в Курскую область в 2024 году: создали защитный купол в небе, потом пустили волны своих дронов, а за ними технику и войска? И кстати, двигались они на первом этапе этой операции очень быстро.

– Насколько мне известно, Курская операция ВСУ в военном плане до сих пор толком не осмыслена. Это обязательно должно быть сделано. Да, наказали преступников, разворовавших финансовые средства, выделенные для возведения фортификационных оборонительных сооружений. Граница оказалась без прикрытия от проникновения крупных вражеских сил. Тогда за несколько дней они захватили территорию небольшого района с центром в городе Суджа, которую мы освобождали потом в течение восьми месяцев.

Конечно, во время стратегической операции будут потери. Во время Киевской наступательной операции 1943 года погибло около 30 тысяч бойцов Красной армии, но всё было кончено за 10 дней. Сейчас, естественно, всё стало сложнее. Но и у врага сегодня меньше сил, чем было тогда у гитлеровских войск, у него нет той эшелонированной обороны, какая была у немцев. При нынешнем нашем медленном наступлении и ограниченном количестве задействованных сил и средств Украине хватает возможностей для того, чтобы противостоять нам в передовых линиях обороны и населённых пунктах и, отступая, постепенно готовить новые укрепления.

Есть классическая формула – в наступающих войсках должно быть в три раза больше бойцов, чем у обороняющегося противника. Победить без стратегических операций нельзя, а их у нас сегодня нет.

Вот сейчас мы подходим к Краматорску. Там четыре мощнейших завода с советских времён (машиностроительные, металлургический). Они укрепятся на их территории и как оттуда их выбивать? Получится как с некогда прекрасным заводом "Азовсталь", который был превращён в развалины. Необходимо отсекать Краматорск от всех видов снабжения, для этого нужна оперативно-стратегическая операция в сжатые временные сроки.

Владимир Евсеев: "Победить без стратегических операций нельзя". Фото автора

"Все решают не дроны, а тыл"

– Что по большому счёту необходимо, чтобы наступил перелом в войне, как решить проблему дронов?

– Все решают не дроны, а тыл. Первая стратегическая задача – уничтожение ключевых объектов в тылу врага – всех тех, которые обеспечивают ведение боевых действий – промышленных, энергетических, транспортных, систем управления. По сути, мы стали заниматься этим только через два года после начала войны.

– Нам каждый день сообщают: "Все цели поражены".

– Не все поражены, в том-то и дело. Почему до сих пор транспортная система врага функционирует вполне надёжно? Почему идёт переброска войск и вооружений? Почему западное оружие до них доходит по Чёрному морю, через границу с Румынией и Польшей? Где наша космическая и авиационная разведка, где целеуказание для высокоточных ракет?

Руководству страны пришло время поставить вопрос об эффективности наших бомбардировок. Если "все цели поражены", то почему нарастают масштабы ударов врага по объектам далеко внутри России и жертвы среди мирных граждан? Причём используются беспилотные аппараты различного класса. Нам каждый день сообщают, что уничтожены сотни дронов и ракет украинского и западного производства. Так воевать можно до бесконечности.

– По части достижения стратегических целей войны мы можем поучиться у того же Ирана?

– Да, надо признать, что иранцы воюют с умом. Сначала они били по американским базам в Персидском заливе, потом по отелям, куда переселились военные после разрушения баз, по ключевым объектам ближневосточных союзников США, по самолётам-заправщикам, по локаторам и самолётам дальнего радиолокационного обнаружения, которые подсвечивали цели на территории Ирана. Сбивают один за другим беспилотные американские самолеты-разведчики. Задача – сильно затруднить США и Израилю воздушные атаки.

Параллельно иранцы ракетными ударами отогнали от своих берегов американский флот. Выводят из строя связь – бьют по крупнейшим телекоммуникационным компаниям региона. Перекрыли Ормузский пролив, бомбили ключевые объекты нефтяных монархий – устроили мировой энергетический кризис. Пригрозили атаковать филиалы транснациональных компаний на Ближнем Востоке, тем самым настраивая против Трампа не только ближневосточных союзников, но и мировых, прежде всего американских, олигархов. Вывесили список 10 ключевых мостов в Израиле и странах Персидского залива, которые будут разрушены, если США продолжат бомбить мосты в Иране.

И в результате всего этого Америка как-то быстро пошла на попятную. В США почему-то поверили, что Иран в состоянии это сделать, поверили в их "красные линии", в то, что со стороны Ирана это не пустые угрозы, жесты и демонстрации. Оцениваю события в целом как провал блицкрига США и Израиля. Просто руководство и население Ирана понимают, что поражение в этой войне приведёт к уничтожению государства и превратит народ в рабов.

В нашем случае аналогичная ситуация – коллективный Запад руками украинских националистов решил нанести России стратегическое поражение, что означает гибель нашей страны и расчленение её территории со всеми богатствами. При таком исходе судьба нашего народа будет незавидной. А для нас украинские мосты до сих пор как священная корова, и нам "военные эксперты" объясняют, что разрушить их невозможно.

Иранцы не хотят быть рабами США и Израиля. Коллаж Царьграда

Подтверждением того, что всё решают тыл и логистика, являются и действия Европы и Украины в ходе ближневосточной войны. Как только из-за неё цены на энергоносители выросли и вторичные американские санкции на русские нефть и газ ослабли, как только перед Россией открылись перспективы восстановления высоких доходов от экспорта энергоресурсов, Украина и Европа сразу же начали нам их снижать – интенсивно бомбить терминалы в Новороссийске и Усть-Луге, задерживать суда так называемого теневого флота.

Нам есть чему поучиться и у США с Израилем. Например, ударам по иранским центрам управления. Или тому, как оперативно в условиях войны в Израиле была введена смертная казнь (без права на апелляцию и помилование) за теракты для потенциальной "пятой колонны" – палестинцев с Западного берега реки Иордан.

Убрать заводы под землю?

– Украина бьёт по нашим военным заводам, в том числе в глубоком тылу. Может, уже пора их массово эвакуировать, как это делал СССР в 1941 году? Только эвакуировать не за Урал как тогда, а прятать под землю, как это сделал Иран?

– Считаю, сегодня гораздо важнее кардинальная перестройка экономики страны и Вооружённых сил, управления боевыми действиями и обеспечения их всем необходимым.

Давно пора ввести в стране военное положение и мобилизационную модель функционирования всей экономики, перевести её на рельсы жёсткого стратегического и текущего планирования хозяйства, концентрации ресурсов, экономного расходования бюджетных финансовых средств на государственном уровне с решительной борьбой с коррупцией и воровством. Необходимо обеспечить привлечение крупного частного капитала на решение стратегических задач обороны страны, мобилизации населения на труд, а не на развлечения (что весьма настойчиво проповедуют наши телеканалы) и опасные туристические поездки за границу.

Да, это весьма непопулярные меры, но страна должна стать единым и мощным государством – семьёй народов с решительным настроем на жёсткую дисциплину, победу с соответствующим состоянием духа, исключающим равнодушие, индивидуализм и безответственность!

А что касается военных заводов, то сейчас невозможно их спрятать под землю, да и не требуется. Самое важное и так находится под землёй. С военной точки зрения, прежде всего, должны правильно работать наши ПВО и противоракетная оборона (ПРО) на линии фронта и в тылу. Потому что в них есть дыры. Надёжно защищена только Москва.

За время СВО можно было прикрыть с воздуха не только Москву

– Система защиты Москвы – это что-то особенное, уникальное?

– Вообще говоря, это стратегическая система ПРО, которую обеспечивает система предупреждения о ракетном нападении с помощью созданного и постоянно действующего радиолокационного поля по периметру страны.

Предполагалось, что на Москву будет нападение ядерными ракетами. И эта система сможет её отбить. В ней несколько эшелонов защиты. Конечно, такую систему не надо создавать в прифронтовой зоне. Там надо обеспечивать защиту другими средствами ПВО и ПРО, которые тоже есть. Просто надо всё организовать, обеспечить, скоординировать. Промышленность наша работает в этом направлении в общем неплохо. Хотя многие производства необходимо модернизировать и наращивать их мощности.

РЛС ПВО войсковых мобильных зенитных комплексов и современных российских зенитных ракет ОСА-АКМ. Фото: VLADJ55/Shutterstock

– Что мешает развернуть эти средства в Брянске, Белгороде, Курске?

– Раньше надо было определять, сколько и каких средств нужно, чтобы обеспечить безопасность страны. Кто же думал пять лет назад, что будут так обстреливаться наши территории?

– Пять лет назад никто не думал. Но война идёт уже пятый год, и тенденции давно понятны. Четыре года – достаточный срок, чтобы развернуть по всей стране такие же надёжные системы ПВО, как в Москве?

– Достаточный. Для начала нам необходимо знать, маршруты и время зарубежных поставок, места производства на самой Украине и откуда они запускают по России сотни дронов. Чтобы подготовить средства ПВО и ПРО к отражению атак и дать возможность нашим огневым средствам нанести упреждающий и/или ответный удар на уничтожение.

– Реально их определить и пресечь запуски?

– Реально даже при имеющихся средствах разведки и вооружения. Для этого разведка должна быстро, вовремя выдавать целеуказания. Нам не хватает связи, координации, оперативности.

– А само производство вооружений можно пресечь?

– Мы заметно снизили потенциал предприятий ОПК Украины, который остался ещё с советских времён, но они их рассредоточили, собирают на коленках те же самые дроны. Перепахать всю Украину и в каждом гараже найти и поразить пункты сборки – это вряд ли осуществимо.

Но мы можем решить две другие ключевые задачи: перекрыть поставки вооружений с Запада и уничтожить их центры управления войсками и оружием, своевременно срывать целеуказания путём уничтожения в войсках американских станций Starlink, пунктов управления дронами на линии соприкосновения и самих групп летящих беспилотников.

Все центры управления известны

– Что собой представляют украинские центры управления? Как их вычислить?

– А чего их вычислять? Они все известны. У них есть один главный центр по типу нашего Национального центра управления обороной, который, конечно, зарезервирован, но всё равно он один. А дальше идут центры по видам вооружённых сил и группировкам войск по направлениям, чья деятельность координируется главным центром. Который распределяет задачи и ресурсы в зависимости от планируемых операций.

Эти центры стационарные (но есть и подвижные), они находятся под землёй, но мы умеем уничтожать подземные объекты. Есть ещё оперативные замаскированные центры, местонахождение которых также известно. Уничтожение таких центров управления – одна из стратегических задач, которая пока эффективно не решается.

В решении этих задач должны сказать своё слово фронтовая разведка и Служба внешней разведки.

– Может, мы не про все эти центры знаем? Может, уже появились новые?

– Знаем, уверяю вас. И так просто подобные центры не создашь. Это критически важная система управления. Там хранятся, обрабатываются и оперативно передаются в масштабе всей страны и всех видов войск огромные потоки информации. Мы хоть один такой центр поразили? Для меня это большой вопрос.