Ага. Арестуют жену Зеленского. Подъедет воронок в четыре утра. Подарят ковер, большое седло, телевизор, прекратят войну, распустят по домам европейский фашизм, присыплют тальком попки бандеровцев. Как пить дать.
Илоном Маском и отцом его Эрролом, и богом их Трампом клянусь! Всеми хохляцкими Старлинками. Век воли не видать, и чем там еще принято в таких случаях клясться?
Чувство легкого омерзения.
Говорить нельзя. Ругать нельзя. Воевать в полную силу нельзя. Торговать с Европой можно.
Миллиардеры толстеют. Лапочки ненаглядные, трудятся как не в две ноздри.
Натовские дроны в Подмосковье. Политические партии набрали в рот… Чего они там набрали в свой рот? Выборы в стране, надо молчать. Выиграет тот, кто перемолчит прочих.
Погибли ребята защищавшие Крымский мост. Героически. Моряки. Где большой репортаж о подвиге на федеральных каналах? Где об этом ток-шоу? Документальные фильмы. Уроки мужества в школах. Фотографии на всех билбордах во всех городах. Где всё это?
Серьезное и суровое лицо Марии Захаровой во время пресс подходов. Эти хлесткие пятый год слова. Сотрясение всяческих воздусей.
Хороша Москва, свята, хлебосольна, нарядна, заслонилась от войны. Благодать.
Кем заслонилась?
Сами-то верите в транслируемый зефир? Сердечко не ёкает? А почему?
Раскачивается незримый, неслышный, огромный набат, как уже бывало в России, и если грянет он, будет поздно.
Для врага поздно, и для своих. Бывших своих.
Романовская Россия колокол не услышала, а мы?
