Моральные животные из Киева придумали чудовищную по своему смыслу игру, за трансляцию которой берут деньги.
"Голодные игры" по-киевски
Отец погибшего военного ВСУ рассказал о новой забаве, которая широко распространена в рядах войск. Это тотализатор смерти: командование устраивает трансляции боев в режиме онлайн, где зрители со всего мира делают ставки на выживание украинских солдат. Об этом сообщает телеграм-канал "Операция Z: Военкоры Русской Весны".
Боевики превратили поле боя в компьютерную игру, в которой от обычных нельзя сохраниться. Отцу погибшего военнослужащего командование вешало лапшу на уши, что его сын на самом деле жив, находится в плену и страдает потерей памяти. Организаторы ставок назвали даже точное место, где якобы находится парень. Это популярный вид аферы для ВСУ-шников: родным предоставляется недостоверная информация, чтобы не выплачивать компенсацию, а потом они требуют от них деньги за включение погибшего в списки на обмен. Отец сразу понял, что это "схема" и провел собственное расследование. В итоге он выяснил, что с последнего боя его сына шел стрим в интернете, а ссылку на прямой эфир с "голодными играми" получали те, кто переводил деньги на определенный номер банковской карты.
Нас повергло в шок, что самого видео нет – бой, в котором принимал участие сын, транслировался онлайн. Его могли посмотреть те, кто оплатил трансляцию. Других видео нет, хотя все остальные бои, контроль этих боев, все видео есть, а именно этого боя нет, есть только онлайн-трансляция. Это был, наверное, заказной бой, специально проплаченный кем-то, и сделанный для того, чтобы заработать денег,
- уверен отец погибшего.
Сделать дополнительную кассу на боевых действиях для украинских боевиков – дело не новое. Еще в 2014 году Киев открыл охоту на людей: "сафари" на мирных жителей Донбасса, когда иностранцы, увидев соответствующие объявления в Интернете, приезжали за деньги "пострелять в русню". Теперь они придумали снимать бои на видео и принимать ставки на гибель своих же солдат. Моральные животные и извращенцы – не иначе.
Коллаж Царьграда
Игра, в которой нельзя сохраниться
В целом, психология самой войны – это про травматизацию общества. Люди, находящиеся длительное время рядом с насилием, смерть воспринимают иначе, чем в обычной жизни. Начинает работать инстинкт самосохранения, потому что на "гражданке" он притупляется.
Если кто-то готов делать ставки на подобные события, то здесь работают две вещи. Первое – стремление получить сильные эмоции, потому что в повседневности они притупляются. Если для обычных людей взрыв – это ужас переживаний, то для тех, кто находится на передовой и каждый день сталкивается с подобным, таких переживаний нет. Отсюда происходит некая форма атрофированности эмоциональной среды, и, естественно, человеку на войне хочется эмоций сильнее. Неопределенность становится источником возбуждения,
- говорит Михаил Горбань, психолог, специализирующийся на тревожных расстройствах и зависимостях.
Второе – дистанцирование от происходящего. Когда человек наблюдает за событиями через экран телефона, он может воспринимать их не как реальные человеческие судьбы, не как реальную смерть, не как реальный ужас. Почему многие так любят компьютерные игры? Потому что там ты проживаешь свою жизнь, но посредством немного атрофированных эмоций. В игре ты можешь сохраняться много раз, тебя могут убить, ты можешь убить, но в общем, ты радуешься. Ты проигрываешь – это не критично. Все эмоции не до конца дотянуты, отсюда можно предположить, что это защитная реакция. Как бы аморально это ни звучало, но это история про безопасность. Как у игроманов формируется иррациональная система безопасности, так и здесь дистанцирование от происходящего через игру – форма безопасности.
Ну и само собой имеет место экономический мотив, который преследуют руководящий военный состав и солдаты, которые ходят с камерами и снимают такие бои. Дополнительный заработок на шоу. Но я бы не сводил поведение людей внутри такого сложного и глубокого механизма, как война, исключительно к игровой зависимости или жажде прибыли. Это, как правило, результат групповой психологии и снижение эмоциональной чувствительности. Иными словами, на каждом уровне в рамках этого военного управления происходит определенная деформация психики человека,
- констатировал эксперт.
Коллаж Царьграда
"Они не задумываются о чьих-то жизнях"
Другой логичный вопрос, который напрашивается: что движет другими людьми, которые делают ставки на смертельные бои? Это ведь не футбол, не хоккей, это гибель человека в прямом эфире. И люди участвуют в таком тотализаторе. В чем их интерес?
Безусловно, поиск сильных эмоций. Для части людей обычные стимулы со временем перестают вызывать достаточный отклик. Такие как риск, опасность, запретные темы, в том числе, близость смерти дают очень мощный эмоциональный заряд. И в этом смысле механизм может быть похож на интерес к экстремальным видам спорта, только без участия самого человека. То есть: "Я хочу получить эмоцию, но в этом не участвую",
- комментирует Михаил Горбань.
Второе – азарт и иллюзия контроля. Для некоторых участников объект ставки как будто становится вторичным, а в центре для него будет сам процесс. Выиграет или проиграет, а в данном случае, выживет или умрет, здесь не про мораль, а про игровую часть. И поэтому психологически они могут быть больше сосредоточены на результате ставок, чем на том, что за этим результатом стоит. То есть о чьей-то жизни они даже не задумываются.
Участвовать в ставках на такие события могут люди, у которых снижена чувствительность к насилию. В том числе, те, связанные в тот или иной период с военными действиями: "Я там был, я это видел, мне это интересно". То есть мы имеем дело с атрофированным эмоциональным фоном. Сочетание от банального любопытства, которое может быть доминирующим фактором, до азарта, группового влияния, эмоционального дистанцирования и постепенное привыкание к насилию.
Сам факт, что смерть начинает восприниматься как объект развлечений, ставок, говорит о серьезном изменении отношения к ценности человеческой жизни. Это вопрос состояния общества, той среды, в которой находятся эти люди. То есть социумом сформировалась такая культура. И стоит задуматься, с чем это связано, откуда пошло и где распространяется. Это же не история, мол, просто нашел смертельные бои в интернете. Это запретный контент. То есть кем-то в обществе это распространяется и есть аудитория, которая этим интересуется,
- заключил психолог.
