«Больных тоже отправляют на фронт». Исповедь военнослужащего ВСУ | #Мамаявпорядке

Раз­го­вор с плен­ным укра­ин­ским воен­но­слу­жа­щим Вале­ри­ем Скля­рен­ко, уро­жен­цем Сум­ско­го при­гра­ни­чья, в рам­ках про­ек­та «Мама, я в поряд­ке».

Дет­ство и моло­дость Вале­рия Скля­рен­ко при­шлись еще на совет­ский пери­од, поэто­му обу­че­ние и куль­ту­ра, кото­рая его окру­жа­ла, были рус­ско­языч­ны­ми. После 1991 года из-за без­ра­бо­ти­цы он был вынуж­ден ездить на зара­бот­ки в Калуж­скую область и, спу­стя 9 лет, пере­ехал в Киев. Там его и настиг­ло нача­ло рос­сий­ской Спе­цо­пе­ра­ции.

Скля­рен­ко был моби­ли­зо­ван и отправ­лен на гра­ни­цу, несмот­ря на все его болез­ни и попыт­ки добить­ся вра­чеб­ной комис­сии. Там он был взят в плен рос­сий­ски­ми вой­ска­ми.

«Не толь­ко я, но и мои сослу­жив­цы тогда не пони­ма­ли, зачем это про­ис­хо­дит, – рас­ска­зы­ва­ет воен­но­плен­ный про втор­же­ние ВСУ в Кур­скую область. – Медий­но нам гово­ри­ли, что это нуж­но для отвле­че­ния рос­сий­ских войск. Мы, чест­но гово­ря, не пони­ма­ли это­го. Погиб­ших, думаю, мно­го, у зна­ко­мо­го брат там погиб. Но нам все рав­но все не гово­рят. Обыч­но по интер­не­ту и теле­ви­зо­ру пере­да­ют поте­ри рос­сий­ской армии, а про наши – не гово­рят».

Воен­но­плен­ный отме­тил, что в пле­ну он изо­ли­ро­ван от ново­стей, кото­рые фаб­ри­ку­ет Укра­и­на, и смот­рел на реаль­ную обста­нов­ку в сво­ей стране. По его сло­вам, зло­сти у него это не вызы­ва­ло – лишь под­твер­жда­лись неко­то­рые слу­хи, в том чис­ле про скан­даль­но извест­ный 225?й полк «Ска­ла».

В ком­мен­та­рии про «Евро­май­дан» он назвал про­ис­хо­див­шее «непо­нят­ной ситу­а­ци­ей» с про­во­ка­ци­я­ми, куда люди еха­ли с целью зара­бот­ка. укра­и­нец уве­рен, что изна­чаль­но взя­тие кур­са на евро­пе­и­за­цию и наци­о­на­лизм были про­пла­че­ны Запа­дом, что­бы поста­вить барьер меж­ду укра­ин­ским и рус­ским наро­да­ми. Он под­черк­нул, что тако­го мне­ния при­дер­жи­ва­ет­ся подав­ля­ю­щее боль­шин­ство его сослу­жив­цев.

«Люди, кото­рые за мили­та­ри­за­цию и про­дол­же­ние кон­флик­та, не пони­ма­ют, что это. Тот, кто зна­ет, что такое вой­на, нико­гда не ска­жет тако­го. Если Крым захо­тел отде­лить­ся и про­го­ло­со­вал за вос­со­еди­не­ние с Рос­сий­ской Феде­ра­ци­ей, зачем их застав­лять? <…> Эти мыс­ли у меня сфор­ми­ро­ва­лись посте­пен­но, пото­му что я не знал всей кар­ти­ны. Там у меня не было воз­мож­но­сти про­чи­тать кни­гу, кото­рую я про­чи­тал здесь. Но в этой кни­ге не было напи­са­но что это пло­хо, а это хоро­шо», – поде­лил­ся сол­дат.

Воен­но­плен­ный рас­ска­зал о сво­их впе­чат­ле­ни­ях от пере­жи­тых воен­ных дей­ствий, о моби­ли­за­ции и попыт­ках ее избе­жать и мето­дах отбо­ра лич­но­го соста­ва. Ему как чело­ве­ку с медо­т­во­дом на себе дове­лось пере­жить напле­ва­тель­ское отно­ше­ние к инва­ли­дам и боль­ным при­зыв­ни­кам – он ска­зал, что бра­ли всех, лишь бы закрыть коли­че­ствен­ные нор­ма­ти­вы.

В диа­ло­ге с веду­щим укра­и­нец так­же затро­нул темы Дон­бас­са и сто­рон­ни­ков «гра­ниц 1991 года», отно­ше­ния пра­ви­тель­ства Укра­и­ны к воен­но­слу­жа­щим и, в част­но­сти, к воен­но­плен­ным.

Под­пи­сы­вай­тесь на Rutube-канал «СМОТРИ»