Российские войска этой ночью высокоточным оружием поразили предприятия военной промышленности в Киеве и на его окраинах. Среди целей — предприятие Fire Point, которое занимается разработкой и производством беспилотников и крылатых ракет «Фламинго», а также завод по производству компонентов для ударных дронов.
Только за неделю уничтожены более 20 вражеских складов с дронами и комплектующими, около 10 цехов их сборки — и это лишь часть пораженных объектов в разных регионах Украины.
В Одесской области поражены несколько топливных баз и резервуаров. Продолжает получать серьезные повреждения портовая инфраструктура: после черноморских гаваней Одессы, Очакова и Ильичевска удары пришлись по причалу и железнодорожной станции Измаила. Морские пути Украины сегодня фактически перерезаны.
Денис Марчук, заместитель главы всеукраинского аграрного совета: «Мы говорим про полгода, которые наши товаропроизводители будут на плаву. Это при оговорке, что за полгода откроются порты и экспорт восстановится, иначе осеннюю посевную кампанию точно будет не из чего проводить».
Сельхозсектор противника страдает особенно сильно. Из-за проблем с судоходством Украина ежедневно недополучает десятки миллионов долларов экспортной выручки. За второе полугодие 2026 года потери от закрытия моря будут больше 2 миллиардов долларов недополученной экспортной выручки. Только за один июль — 67 атак на порты великой Одессы, еще 35 атак на корабли в портах и еще 22 атаки на корабли на рейде. Через эти порты Украина не только торгует, эти хабы задействованы и в крупных военных поставках.
Евгений Поддубный, заместитель гендиректора ВГТРК, лидер предвыборного списка партии «Единая Россия», Герой РФ: «Мы не ставим перед собой цель любой ценой посеять в украинском обществе страх. Мы деремся честно. Мы бьем по военным. У этих ударов очень понятная цель: нам нужно уничтожить вооруженные силы противника».
В Киеве даже не скрывают, что одной из целей становятся гражданские объекты. Дроны, атаковавшие склады WB в Подмосковье и Тамбовской области, были начинены большим количеством поражающих элементов. Расчет — нанести удар по повседневной жизни россиян и максимально увеличить число жертв.
Михаил Подоляк, политтехнолог: «Непосредственные удары по огромному количеству людей, которые типа вне политики, которые просто зарабатывают деньги и ничего не видят, да? То есть они сразу лишаются всего, они сразу лишаются тех перспектив, которых они могли бы иметь».
Этот план противник назвал «Сорок дней принуждения к миру». Однако уже даже на Украине признают: одна из его задач — раскачать российское общество — провалилась.
Андрей Ермолаев, украинский политолог: «У российского общества в данный момент почвы для подобного рода поворота нет, скорее, есть почва для обратного эффекта — для мести, для злости, для консолидации вокруг этого».
Экономическая сторона операции, по мнению западных военных аналитиков, также обернулась для Киева обратным эффектом. Ущерб от ответных ударов оказался несопоставим с результатами охоты на российскую инфраструктуру.
Александр Меркурис, британский военный аналитик: «Поэтому неудивительно, что теперь украинцы начинают обращаться с просьбами — фактически умолять русских прекратить атаки. Однако русские совершенно не видят причин это делать».
