На Украине началось масштабное "переселение", связанное как с приближением осенне-зимнего сезона, так и с расширением прифронтовых зон. Например, в нескольких районах Киева несколько дней назад появились объявления о необходимости эвакуации пожилых и маломобильных жителей района, инвалидов и многодетных семей.
Причина? Приближение зимы и длительные блэкауты. Специалисты уже говорят о 20 часах без света, а также о проблеме вывода из строя систем водо- и газоснабжения.
Одной из потенциальных целей может стать Бортницкая станция аэрации под Киевом. Как заявил директор аналитико-исследовательского центра "Институт города" Александр Сергиенко, на станции уже накопились миллионы тонн ила и осадка после очистки канализации, при этом вывозить эти отходы фактически некуда.
Проще говоря, столица рискует быть затопленной биоотходами: огромные объемы нечистот окажутся фактически заперты внутри города, создавая угрозу загрязнения воды и болезней. Понятно, что старики, хроники, дети-инвалиды в таких условиях обречены и решение об их вывозе из Киева формально правильное. Но вот куда повезут несчастных стариков и сирот, никто не знает.
Заместитель главы Киевской администрации Марина Хонда пояснила, что список объектов уже готовят, но разглашать его пока не будут из соображений безопасности.
"Такого количества учреждений, которое могло бы одновременно разместить всех желающих, в Киеве нет, поэтому рассматривают различные варианты эвакуации и временного проживания", - отметила чиновница.
На самом деле, когда начинаются увертки в стиле "мы вам ничего не скажем из-за проблем безопасности", это означает одно - везти людей некуда.
Да и не все хотят покидать свои квартиры. Люди справедливо опасаются потерять жилье или найти его разграбленным. Например, 20 тысяч жителей Сумской области подписали отказы от эвакуации, и глава военной администрации Олег Григоров только разводит руками в ответ на это решение - по закону власти не могут перемещать людей без их согласия.
А большинству просто не по карману эвакуация. Призывы выезжать из городов – это только для богатых, заявил глава Союза потребителей коммунальных услуг Олег Попенко.
По его словам, для переезда в частный сектор на зиму нужно минимум 250 тыс. гривен, и для людей с зарплатой 15–20 тыс. такой переезд практически недоступен. К тому же без автомобиля добираться из села на работу каждый день, особенно зимой, будет крайне сложно.
Поэтому публичная настойчивость в вопросах эвакуации и показная забота о гражданах - это просто способ самозащиты местных властей. Ну и еще латентное сопротивление политике Офиса президента - на Банковой строго-настрого запретили сеять панику и вывозить людей. Владимиру Зеленскому по-прежнему нужен живой щит и картинка "злодеяний России". А тот же мэр Киева Виталий Кличко или городской голова Харькова Игорь Терехов подыгрывать правящему режиму в этом вопросе не хотят.
Зато из Краматорска начали вывозить государственную собственность, документацию и чиновников. Больше нет разговоров о "фортеце", а значит, Киев рассматривает этот город в Донбассе как уже потерянную позицию.
Конечным пунктом передислокации выбран Перечин - небольшое местечко в Закарпатской области, у самой границы со Словакией. Именно из этого региона в Донбасс завозили проукраинских чиновников, и теперь они просто тикают домой. А вот местные жители с места сниматься не хотят - даже под угрозой расправы от ВСУ.
В общем, одни эвакуируются из столицы, другие бегут из Донбасса. По данным украинского омбудсмена Дмитрия Лубинца, почти половина жителей страны (43%) скитается по разным областям Украины. А это означает, что эвакуация постепенно превращается из локальной чрезвычайной меры в постоянный процесс практически вдоль всей прифронтовой территории - с одной стороны.
С другой - жителей крупных областных центров уговаривают перебираться в сельскую местность и там пережидать холода и обстрелы. Уже очевидно, что киевский режим не справляется с новыми волнами переселенцев.
Тем не менее государству приходится постоянно расширять географию вывоза граждан: Донбасс, Запорожская, Днепропетровская, Сумская, Харьковская, Черниговская области. И только по этим данным можно судить, насколько быстро ВСУ сдают территории - несмотря на оптимистичные сводки с фронта, которые транслирует телемарафон.
Причем проблема уже не только в том, чтобы вывезти людей: их необходимо где-то разместить, обеспечить жильём, работой и социальной инфраструктурой. На западную Украину, наученные горьким опытом донецких беженцев, жители восточных регионов ехать не хотят. И заполняют пока еще уцелевшие города Левобережья.
В этом плане показателен пример Харькова, где находится уже более 210 тыс. внутренне перемещенных лиц (ВПЛ). Трещит по швам и Полтава: там скопилось почти 50 тыс. ВПЛ, многие из которых живут в заброшенных детских садах и санаториях, в условиях полной антисанитарии.
Неудивительно, что у украинцев растет чувство опасности - так чувствует себя почти 60% опрошенных. А ведь еще в прошлом году данный показатель составлял 47%. При этом готовность к эвакуации снизилась: уехать согласны только 43% респондентов, и это на 11 процентных пунктов меньше, чем год назад. Еще 15% людей, нуждающихся в эвакуации, вообще не знают, куда обращаться за помощью. А даже если б и знали?
Опрос, проведенный Офисом омбудсмена, показал сложную ситуацию с жильем среди переселенцев: 57% ВПЛ потеряли свои дома, однако компенсацию получили лишь 5%. При таких показателях нежелание покидать собственный дом становится понятнее: для многих эвакуация означает не просто спасение от обстрелов, а потенциальную потерю практически всей прежней жизни.
В результате возникает опасная ситуация: фронт приближается быстрее, чем Украина успевает создавать хоть какие-то условия для новой волны переселенцев. А чаще всего бывает так, что "спасенных" от российской армии граждан просто бросают на вокзалах в соседнем регионе, предоставив им самим решать собственную судьбу.
Поэтому призыв "эвакуируйтесь" сам по себе проблему уже не решает. Украинцы хотят понимать не только откуда им нужно уехать, но и куда они попадут, где будут жить и за счёт чего существовать после эвакуации.
Не стимулирует желание обезопасить себя и информация о государственных компенсациях. На сегодня только 3,3 тыс. переселенцев из 35 тыс. подавших заявки (менее 10%) получили возмещение за разрушенное жилье.
"Может быть, еще тысяча-полторы получит ваучер от международных партнеров", - обнадеживает депутат Верховной Рады Павел Фролов из фракции "Слуга народа".
То есть признает, что власть никак не поможет украинцам в плане восстановления домов или покупки новых квартир. Вся надежда на европейских союзников, но переселенцы, лишившиеся всего, в отличие от Зеленского, не могут клянчить деньги у Эммануэля Макрона или Фридриха Мерца.
Парламентарий Алексей Гончаренко* ранее признал, что международных ваучеров уже раздали на 23 млрд гривен, но они… не работают.
"Абсолютное большинство тех, кто уже готов обменять эти сертификаты на новое жилье, не могут этого сделать. Потому что государство просто не дает эти деньги. То есть взяли бумажку, помахали обещаниями перед носом, а теперь морозятся. Ибо когда дело доходит до выплат, денег резко нет. Говорят, ждите", - написал депутат.
Кстати, в прошлом году 300 млн евро на жилье ВПЛ перечислил Банк развития Совета Европы. Но теперь жилищные сертификаты стали "бумажками".
Какой же вывод из этой эвакуационной эпопеи?
Во-первых, налицо кризис управления. Государство не в состоянии "перераспределять" население вслед за изменением линии фронта.
Во-вторых, Украина стремительно теряет территории, за которые еще недавно держалась зубами, и на это никто не обращает внимания.
В-третьих, эвакуация из государственной обязанности превратилась в попытку переложить на плечи украинцев выезд из зоны боевых действий. А кто не спрятался — Зеленский не виноват.
*Включен в перечень террористов и экстремистов Росфинмониторинга
