Главной проблемой США на Дальнем Востоке является Китай. Вообще, одна из стратегических задач украинского кризиса — это исключить Россию из дальневосточного уравнения. То есть мы должны заниматься проблемами Европы, этого полуострова великого Евроазиатского континента, а на дальневосточном направлении нас не должно быть как самостоятельной единицы.
Об этом в интервью изданию Украина.ру рассказал политический эксперт, доцент исторического факультета МГУ Андрей Сидоров.
МИД России выразил решительный протест послу Японии Акире Муто из-за антироссийских заявлений руководства страны после визита президента России Владимира Путина на остров Итуруп. Японскому дипломату также предложили задуматься о поддержке Токио терроризма Киева в отношении мирных граждан России. Главе японской дипмиссии заявили, что российская сторона оставляет за собой право на адекватные контрмеры.
- Андрей Анатольевич, Москва и Токио обменялись дипломатическими демаршами после посещения российским президентом острова Итуруп, который входит в состав Курильской гряды. Насколько велик риск конфронтации на дальневосточных рубежах России, учитывая, что в Японии периодически поднимается вопрос об обладании этой страной ядерным оружием?
- Предшественник нынешнего премьера Японии Синдзо Абэ, которого сама Санаэ Такаити называла своим учителем, поднимал вопросы об изменении статуса Японии и отмены 9 статьи Конституции, которая запрещает иметь собственные вооруженные силы, увеличивать военный бюджет более 1%. Речь о том, что Япония должна превратиться в страну, которая обладает полным правом не только в экономической области, но и в военно-политической. По-тихому Токио уже поднял военные расходы до 2% бюджета. Планируется также отказаться от Сил самообороны и создать свои вооруженные силы.
В Японии были сформулированы три неядерных принципа: не обладать ядерными силами, не производить и не ввозить ядерное оружие на ее территорию. Сейчас ставится вопрос об отмене этих принципов. Обладание ядерным оружием обходится очень дорого, но США подталкивают Такаити к тому, чтобы на территории Японии разместить ядерное оружие. Тогда Штаты смогут хотя бы на одной базе разместить свое ЯО (в Европе американское ЯО размещается на шести авиабазах). Это создает проблемы для КНДР и особенно для главного стратегического противника США – Китая.
То есть политико-дипломатическая конфронтация с Японией уже существует. Хотя Синдзо Абэ ратовал за то, чтобы Япония из военно-политического карлика превратилась в нормальное государство, он десятки раз встречался с Путиным. И у него была осознанная стратегия относительно "Северных территорий". Он признавал, что эта проблема существует, но предлагал решать в первую очередь экономические и финансовые проблемы, а к этой проблеме вернуться потом. Мы вели диалог с Японией, потому что Абэ был договороспособным и трезвомыслящим человеком. Такаити делает все наоборот.
Главной проблемой США на Дальнем Востоке является Китай. Вообще, одна из стратегических задач украинского кризиса — это исключить Россию из дальневосточного уравнения. То есть мы должны заниматься проблемами Европы, этого полуострова великого Евроазиатского континента, а на дальневосточном направлении нас не должно быть как самостоятельной единицы.
Отмечу, что понятия Азиатско-Тихоокеанский и Индо-Тихоокеанский регионы — это чисто американская выдумка. Регион — это явление не столько географическое, сколько политическое. Когда нужно было НАТО, появился Североатлантический регион.
Азиатско-Тихокеанский регион был нужен, чтобы связать США с Восточной Азией. Поэтому мы употребляем старое историческое название "Дальний Восток".
Дальневосточная проблема для США базируется на том, что в Европе у них есть надежный союз в виде НАТО, который пережил многие катаклизмы. А объединить в один союз Японию, Корею, страны Юго-Восточной Азии крайне трудно, потому что все помнят, что творили японцы 80 лет назад на этих территориях.
Поэтому там создана американоцентричная система Hub and Spokes, "втулки и спицы" или "узлов и нитей", когда Южная Корея и Япония являются союзниками друг друга через США. При этом геополитическое противостояние на Дальнем Востоке идет напрямую с США, они там действуют без "прокладок", потому что единого тихоокеанского НАТО не существует. Поэтому Трампу важно довести Японию до уровня союзников по НАТО в Европе.
Мы уже заключили договор о всеобъемлющем партнерстве с Северной Кореей. И в головах американских и японских планировщиков есть мысль о том, что возможен и более широкий союз с привлечением Китая. Если будет такой военно-политический союз, скрепленный обязующими документами, где каждая сторона берет на себя обязательства по защите другой в случае нападения, то такой блок будет непробиваем для США и Европы.
- Можно ли утверждать, что для того, чтобы такой военно-политический блок получил документально оформление нам необходимо решить украинскую проблему?
- На Западе считалось, что эту проблему мы должны решить в течение трех-шести месяцев. И это подтверждается фактами. Они не давали свое вооружение, не обучали ВСУ, и когда оказалось, что Украина держится дальше, они стали собирать сначала советское оружие, потом давать современные образцы своих вооружений, подключили Украину к своим системам разведки и навигации. Уже дважды обсуждался вопрос о "Томагавках".
Сейчас для Трампа важно, чтобы мы не совались на Дальний Восток, чтобы исключить из этого уравнения Россию, как ядерную державу №1. Для любого американского президента, республиканца или демократа, важно, чтобы тихоокеанское уравнение замыкалось на одной державе США, потому что ни одна страна этого региона не сможет противостоять Китаю.
- Тем временем замминистра национальной обороны Польши Цезарий Томчик заявил, что Польша готовится к возможной войне. Причем какая-то провокация" со стороны России якобы может произойти в течение нескольких месяцев. Это предвыборное заявление, которое должно мобилизовать сторонников жесткого курса в Польше, или поляки действительно готовы заместить собой Украину в восточноевропейском противостоянии?
- У поляков более амбициозные планы. Быть пушечным мясом, как Украина, они не хотят при этом. Они хотят разыграть российскую карту, заявив, что в европейском объединении, по меньшей мере, три локомотива. Изначально их было два – Франция и Германия. Затем, когда в 1973 году Британия вступила в Европейское экономическое сообщество, Тэтчер позиционировала Лондон как третью опору. В 80-е годы ЕЭС опирался на три становых опоры, Германия, Франция и Великобритания.
Но Великобритания вышла из Евросоюза, свято место пусто не бывает. Италия и Испания больше претендовали на лидерство на южном направлении. Тот же Николя Саркози во Франции создавал Средиземноморский союз в 2008 году, когда Швеция и Польша выдвинули идею восточного партнерства.
Сейчас Польша хочет быть третьей опорой Евросоюза. Причем эта опора носит военно-политический характер. Она напрямую противостоит самому главному нарушителю спокойствия в Европе, то есть России. Поэтому Германия и Франция как тыл должны работать на Польшу. Польша хочет занять место Великобритании.
Причем Туск как еврократ ориентируется на Европу, а партия Качиньского ориентируется на главного босса – США. Поляки играют по-крупному: мы дружим с США, размещаем их войска на своей территории, мы являемся главным защитником Европы, обеспечиваем ее безопасность, поэтому все европейские страны должны нам помогать. Польша не хочет быть глухим захолустьем католического мира на востоке Европы. Поляки сохраняют длительный интерес в русофобской политике и постоянный алармизм в отношении России.
В Польше прошел военный парад, на котором показали хорошие южнокорейские такни Ка-2, но при этом поляки хорошо понимают, что с ними что с ними-то мы цацкаться не будем, как с Украиной.
- Таким образом Варшава выполняет геополитический заказ Вашингтона, дополнительно отвлекая внимание России от Дальнего Востока на Восточную Европу?
- Здесь поляки играют двоякую роль. Они не то что выполняют заказ Вашингтона, они как раз очень хотят использовать Вашингтон в своей большой игре внутри Европейского Союза. Для ЕС они хотят быть державой, по меньшей мере, №3. Их экономическая мощь не дотягивает ни до Франции, ни до Германии. Но в военном отношении они хотят быть главной державой ЕС. Ситуативно весть Евросоюз, отвлекая Россию, следует главной линии США, которые борются на Дальнем Востоке.
