Глава МИД Германии Вадефуль - запутался в двойных стандартах:
[Звучали заявления Сары Вагенкнехт, АдГ, которые говорят: «Правительство так быстро заявляет, что за нападениями в Лейпциге стоит Россия. А когда речь шла о "Северных потоках", до сих пор не слышно, кто стоял за этим подрывом».
Проводится расследование, были и журналистские расследования, в том числе нашего коллеги Бьяна Панцевски, который чётко указывал, кто именно с украинской стороны может быть к этому причастен. Можете объяснить, почему до сих пор со стороны немецких политиков не последовало конкретной реакции? Это потому, что украинцы — наши друзья, а другие — наши враги? Мы проводим здесь различия?]
Нет, мы не проводим никаких различий. Мы во всём разбираемся. И ещё раз: в случае с Лейпцигом мы чётко придерживались того, что подтверждено имеющимися данными. Что касается "Северных потоков", немецкие правоохранительные органы так же тщательно проводят расследование. По этому делу возбуждены уголовные производства, и мы обеспечиваем возможность их проведения. И я не позволю критиковать нас за то, что в Германии существует разделение властей. Эти уголовные производства идут, и если они приведут к каким-либо результатам, всё будет ясно. Каких-либо дополнительных сведений у нас нет. Я также обсуждал этот вопрос в Киеве. Во время моего последнего визита вы, наверное, слышали заявление президента Зеленского. Во-первых, он уважает принцип разделения властей и тот факт, что немецкие правоохранительные органы проводят расследование. Меня спрашивали, повлияет ли это на наши отношения.
Это на них не влияет. Украинцы уважают наши институты, и я ожидаю того же и от вас: наши правоохранительные органы… А что, по-вашему, они должны делать?
[Но что именно вы спросили у Зеленского?]
Я обсуждал этот вопрос с министром иностранных дел, и вы уже слышали публичное заявление Зеленского: он сказал, что украинское правительство к этому не причастно.
[Вы ему верите?]
Если он так говорит, я ему верю. Но немецкие правоохранительные органы, разумеется, продолжают расследование. И если в результате выяснится что-то другое, то… Но в немецком уголовном праве действует презумпция невиновности.
[Разве здесь не применяются двойные стандарты? Есть нападение или попытка нападения в Лейпциге. И там довольно быстро начинается расследование, затем проходит пресс-конференция с вашим участием и участием министра внутренних дел, где вы говорите, что не можете точно сказать, откуда вам это известно, но за этим стоит российская разведка. А что насчёт "Северных потоков"? К настоящему моменту мы уже знаем имена некоторых подозреваемых, некоторые даже предстали перед судом. Есть книги и журналистские расследования, авторы которых утверждают, что к этому были причастны представители украинского правительства. И при этом никаких политических заявлений по этому поводу нет. Ни от вас, ни от федерального канцлера, ни от бывшего канцлера. И люди говорят: «Минуточку, разве это не странно?»]
Во-первых, я вовсе не говорил, что мы не готовы отреагировать, если подтвердится то, о чём говорится, например, в одной из книг. Мы просто предоставляем нашим правоохранительным органам полную свободу действий.
[Но сейчас, когда речь идёт о России, беспилотнике, Лейпциге…]
Cоответствующего расследования ведь нет. Соответствующего уголовного расследования действительно нет.
По крайней мере, на данный момент оно ещё не продвинулось настолько, чтобы делать какие-либо выводы. Кроме того, в целом действия Украины отличаются от действий России. Украина ведь не нападала на Россию — Россия напала на Украину. И это, конечно, принципиальная разница. Что именно Россия стала причиной этого конфликта. Ведь без господина Путина всего этого конфликта вообще не было бы.
[Но подождите, это ведь разные вещи.]
Нет, не разные. Я вовсе не ухожу от этого вопроса. Немецкие правоохранительные органы проводят расследование. И если обвинения в адрес украинцев подтвердятся, мы совершенно однозначно дадим этому соответствующую оценку. Это перв
