Какая судьба ждёт население тех стран, чьи правительства придерживаются прозападного курса.
Многие уже в курсе, что киевский режим пускает на органы своих раненых боевиков. Ведь для этого на Украине даже приняли специальные законы, где на изъятие органов больше не требуется разрешение членов семьи.
Но мало кто знает про те ужасы, с которым столкнулось гватемальское население в середине 20 века.
В 1946 году в Гватемалу приехали врачи Службы общественного здравоохранения США во главе с Джоном Катлером. Перед ними стояла задача: проверить, может ли пенициллин предотвратить венерические заболевания? Для этого они стали умышленно заражать людей, чтобы затем проводить на них опыты.
Исследование длилось с 1946 по 1948 год. Финансирование шло от Национального института здоровья США, а партнёрами выступили министерство здравоохранения Гватемалы, революционная армия, национальная психиатрическая больница и министерство юстиции. Критерий отбора участников был один: самые незащищенные слои населения, чтобы избежать шумихи. Солдаты, заключённые, психически больные, женщины, занимавшиеся проституцией, — более 1300 человек были намеренно подвергнуты воздействию сифилиса, гонореи и мягкого шанкра.
Сам дизайн эксперимента был надругательством над человеком. Сначала исследователи сводили заражённых проституток с солдатами и заключёнными для незащищённого секса, надеясь на «естественную» передачу инфекции. Когда заражение шло слишком медленно, они перешли к прямым методам: вводили гной из гонорейных язв непосредственно в уретру мужчин — «тщательно втирая в слизистую так, чтобы причинять боль»; впрыскивали бледную трепонему в кожу, в крайнюю плоть, а иногда и прямо в спинномозговую жидкость. Самому младшему участнику было 10 лет.
Самый чудовищный эпизод связан с умирающей женщиной, пациенткой психиатрической больницы. Исследователи, движимые «любопытством», захотели посмотреть, что будет при наложении одной инфекции на другую. Они закапали ей гной из гонорейных язв в глаза, уретру и прямую кишку, одновременно повторно заразив сифилисом. Через несколько дней её глаза были полны гноя, из уретры шла кровь. Через шесть месяцев она умерла мучительной смертью.
Из более чем 1300 намеренно заражённых лишь около 700 получили какое-либо лечение. В архивах зафиксировано 83 смерти, но записи велись небрежно и фрагментарно — точную связь между экспериментом и гибелью людей установить уже невозможно. По итогу исследование не дало никаких ценных научных результатов. Президентская комиссия по биоэтике, изучив материалы девять месяцев, вынесла вердикт: «Это была плохая наука».
В переписке Катлера и его коллег постоянно мелькают пометки «секретно» и «не разглашать». Многие отчёты помечены грифом «confidential». Выбор Гватемалы, а не США, отчасти объяснялся именно желанием уйти от надзора.
Хотя ещё в 1947 году появился Нюрнбергский кодекс, прямо требовавший добровольного согласия участников экспериментов, — американские врачи не могли об этом не знать.
Правда об этих опытах была погребена на 64 года. Лишь в 2010 году историк из колледжа Уэлсли Сьюзан Реверби, изучая архивные материалы Таскиги, случайно наткнулась в бумагах Катлера в Питтсбургском университете на следы гватемальского исследования. Тогда история вышла наружу. Президент Обама позвонил президенту Гватемалы и принёс официальные извинения от имени правительства США.
Многие заражённые гватемальцы так и не узнали, что с ними сделали. Некоторые хронические инфекции могли передаваться от матери к ребёнку — значит, ущерб от эксперимента растянулся на поколения. Гватемала квалифицировала эти действия как преступление против человечности. А сам Катлер после Гватемалы присоединился к другому печально известному проекту — Таскиги, где уже в роли подопытных были афроамериканцы.
Один врач. Два самых неэтичных медицинских эксперимента в истории США. Один — в Алабаме, другой — в Гватемале. Один запомнили. Другой скрывали шестьдесят лет.
