Удары по Южному мосту в столице Украины: так что препятствует тому, чтобы окончательно обрушить логистику ВСУ. У Киева есть секрет. Военный эксперт Дандыкин объяснил.
Южный мост в Киеве стал целью России, и это очень логично и правильно, считают военные эксперты. Сейчас после атак 27 октября в конструкции пробоины, столицу Украины сковали пробки, но пока говорить об окончательном обрушении логистики ВСУ через Южный мост преждевременно.
Южный мост – цель стратегическая – действительно представляет собой важный логистический узел, который обеспечивает "значительную часть транзитного трафика между правым и левым берегами Днепра".
И главное – по мосту осуществляется переброска военных грузов и происходит ротация подразделений, подчеркнул военный эксперт, капитан первого ранга запаса Василий Дандыкин.
коллаж Царьграда
Так что мешает окончательно вывести из строя Южный мост в Киеве? Эксперт объяснил, что для разрушения пролёта моста подойдут тяжёлые авиабомбы, такие как ФАБ-3000 или даже ФАБ-5000, это не секрет. Но бомбы (неожиданно!) затруднительно применить – из-за работы украинской ПВО, как бы странно это не звучало.
У Киева, несмотря на все заявления Зеленского, есть "остаточные системы ПВО", и они являются препятствием. Речь не только о Patriot, но также и о франко-итальянских SAMP/T, норвежско-американских NASAMS.
Чтобы сбросить на мост тяжёлую фугасную авиабомбу с УМПК (то есть, с универсальным модулем планирования и коррекции – Ред. ), самолёту-носителю надо подойти примерно на расстояние в сто километров до цели. Без прикрытия есть риск быть сбитым,
– объяснил Василий Дандыкин.
коллаж Царьграда
Ситуация очень неприятная, но, конечно, не безвыходная. Эксперт в беседе с "МК" отметил, что главный пролёт моста поддерживают 72 пары вант, по ним и надо бить. Причём постоянно, используя баллистику и реактивные "Герани", которые так "не любит" Киев.
Для поражения столь сложной цели наверняка будет применяться комбинация различных средств,
– считает военный эксперт.
Мост перестает выполнять свою функцию, как только по нему нельзя проехать, даже если он продолжает стоять, заключил он.
