Василий Кашин: Россия больно ударит по Украине, которая уже стоит на грани коммунального коллапса

После того, что сделала Украина, мы имеем право нанести удар по любому объекту инфраструктуры по нашему выбору. Это может быть усиление ударов по мостам через Днепр, энергетике или по другим объектам украинской инфраструктуры. Выбирать будут военные, которые знают, что сделать, чтобы ударить побольнее.

Об этом в интервью изданию Украина.ру рассказал директор Центра комплексных европейских и международных исследований НИУ ВШЭ Василий Кашин.

На пресс-конференции, посвященной итогам трёхсторонней встречи с лидерами США и Китая в Шэньчжэне, президент России Владимир Путин заявил, что представителей Европы пригласили по дипломатическим каналам в Москву, чтобы узнать ее позицию, так как России нужно понять, с чем европейцы придут на переговоры по Украине.

- Василий Борисович, состоится ли сейчас такая встреча, ведь в Европе еще не произошла смена политических элит, то есть к власти не пришли силы, с которыми возможен сколько-нибудь вразумительный диалог?

- Следует выделять комплексный диалог, который должен разрешить проблемы между Россией и Европой в целом. Это длительный процесс, который растянется на годы. Но первоначальные вопросы, которые способны привести к прекращению огня должны обсуждаться уже сейчас. Мы находимся в начале процесса. Блок вопросов, связанных с европейской безопасностью, должен быть согласован до того, как произойдет прекращение огня. Дальше будет более содержательный разговор.

Почему нам надо согласовать некоторые вопросы уже сейчас? Потому что у нас есть риск прямой военной эскалации с Европой, много тревожных новостей поступает с Балтики. Недавно, например, поступили крайне нелепые обвинения с польской стороны о том, что Россия якобы готовила провокацию на границе с Калининградской областью. Кроме того, продолжаются нападения на связанные с Россией торговые суда.

Все это надо обсуждать, потому что военная эскалация между Россией и НАТО никому не нужны. Об этом мы должны разговаривать, поскольку Европа является главным спонсором войны.

- Российский президент также пообещал, что ответные действия на атаки по Крымскому мосту, абсолютно мирному объекту, который давно не используется для перевозки военной техники, будут гораздо более болезненные. Как может выглядеть этот ответ?

- Украина является инициатором каждого нового раунда инфраструктурной войны, после чего Россия наносит ответный удар, намного превосходящий по силе действия украинской стороны. Украина сейчас находится на грани инфраструктурного коллапса, когда в ряде больших городов есть большие районы, где электричества нет по несколько дней, а то и недель накануне зимы.

Оборона украинских инфраструктурных объектов проседает, произошел ряд крупных коррупционных скандалов, когда выяснялось, что похищалось 80% средств, выделенных на защиту объектов энергетики в Киеве. Поэтому у нас есть простор для действий. После того, что сделала Украина, мы имеем право нанести удар по любому объекту инфраструктуры по нашему выбору. Это может быть усиление ударов по мостам через Днепр, энергетике или по другим объектам украинской инфраструктуры. Выбирать будут военные, которые знают, что сделать, чтобы ударить побольнее.

- Противник тоже не сидит сложа руки. Незадолго до саммита в Шэньчжэне еврокомиссар Андрюс Кубилюс заявил, что Россия в 2027 году может задействовать около 20 млн дронов — вдвое больше показателя 2026 года. Евросоюз, по его словам, планирует помочь Украине получить соответствующее количество беспилотников и средств ПВО, Каких масштабов достигнет война городов в обозримой перспективе?

- Противник делает ставку на удары по российскому тылу. Важно учитывать, что Россия добилась существенных успехов в развитии ПВО и защите объектов. Российские удары в ряде случаев позволяют уничтожить места производства сосредоточения ударных средств на территории Украины.

Но если украинские удары по территории России достигнут определенного опасного уровня Россия в полном соответствии со своей ядерной доктриной может перейти на новый уровень ведения боевых действий, тут возможны удары обычным и ядерным оружием по Украине и ее спонсорам.

- Вместе с тем российская сторона оставляет открытой дверь для компромиссов, о чем президент заявил на пресс-конференции. Какую форму это может принять в текущих реалиях?

- Необходимо, чтобы Украина покинула оставшуюся часть Донбасса, дала обязательства о невступлении в НАТО и неприсутствии на ее территории иностранных войск. Эти условия будут базовыми для прекращения огня. Со своей стороны Россия может дать определённые гарантии, касающиеся как европейской безопасности, так и безопасности Украины.

После прекращения огня мог бы быть начать диалог по более широкому кругу вопросов. В итоге мы бы получили новую систему безопасности в регионе. Но здесь вмешиваются личные интересы Зеленского и его окружения. Это люди, которые будут гарантированно политически уничтожены на первых послевоенных выборах. По украинским же социологическим исследованиями Зеленский проигрывает выборы абсолютно любому вероятному кандидату. Пусть даже эти кандидаты столь же враждебны России, как и сам Зеленский. Но ему от этого не легче. Его политическая сила, "слуги народа", не имеют никаких шансов сохраниться в парламенте.

Это большое количество людей, которые утратят политическое будущее и с которых могут спросить за преступления в ходе войны. Это и передел активов, распил средств, принудительная мобилизация. Повсеместное сотрудничество, как мы видим из опубликованных материалов, силовых структур с организованной преступностью. Например, дело группировки "Химпром". Эти люди пытаются себя сохранить, из-за этого война затягивается. Но рано или поздно точка слома наступит.

- Более жесткие ответы России на удары по своей территории, возможно, будут воспринятые на Западе как нежелание Москвы договариваться.

- Вряд ли это может быть воспринято в таком ключе. Война ведется в полную силу. Россия не может ограничивать себя в способах самозащиты до тех пор, пока не заключено соглашение о прекращении огня. Пока такого соглашения нет. Было бы странно ожидать от России любой другой реакции на украинские удары.